— Столь прекрасной пэри не место на войне — она должна услаждать праведников в садах у Аллаха! Но не бойся! Душа твоей подруги уже там, и она научит тебя всему, что ты позабыла за мужским занятием!
— Для нас нет пути в твой Рай, Привратник, — тихо ответила демон: — Как ты ни хвали красу тела — в них ссылают души, отягчённые грехами и черной злобой.
— Нет, принцесса, — Привратник приблизился к её лицу и заглянул в глаза: — Привратнику дано читать в душах просителей. Я вижу, прекрасноокая, что твоя душа чиста, и не несёт вины, кроме той, которую сама на себя взвалила…
Метеа сжала кулак, и прочитала вовремя пришедшую на ум мантру. Замёрзший воздух сам сложился между пальцев в острый трёхгранный стилет-саи. Склонившийся слишком низко ракшас только успел скосить глаза — правый зрачок расширился, и Мацуко с силой вонзила туда сосульку.
Его отбросило на несколько шагов. Он задрал голову к потолку, и, испустив протяжный рёв, упал сначала на колени, потом — на спину, раскинув все свои десять окровавленных рук. Умер. Кадомацу, на коленях, подползла к трупу, и вырвала пальцы, державшие Гюльдан… нет… Теперь уже другие миры привечали душу маленькой адской гурии. Так пусть же это и вправду будут райские кущи…
Дьяволица подняла глаза к небу — там был потолок. Напрягшись, проглотила солёный комок, солёный до рези в глазах, и, поднявшись, одной яростью разбила засовы на створках…
…Против Шульгена ей не нужно оружие…
… — Бэла, — вдруг медленно спросил Тардеш: — А среди наших колдунов есть Красный Га⁈
Юноша поднял голову:
— Нет… точно нет…
— А в команде⁈ Ты же всех знаешь.
— Тоже нет… Хотя, на других…
— На «Отражении» людей нет. Прикажи дисциплинарной когорте — пусть вышлют центурию на поиски Златы. Как найдут — пусть переходят в её распоряжение.
— Ментор, вы…
— Мне не нравится эта брешь в блокаде. Прощупайте-ка её локаторами.
— Выдвинуть корабль на позицию перехвата⁈
— Не надо, но видеть, что там творится, я хочу… Как дела на поверхности⁈
— Мы продвинулись, но повстанцы стоят насмерть — отвечал уже не Бэла, а сигнифер связи: — Наибольший успех у нас на столичном направлении. В Южном полушарии с ходу взято несколько городов. Идут уличные бои. О состоянии дел в столице сведений нет, но отмечены затруднения с координацией и управлением повстанческих сил. В настоящий момент готовится новая группа медиумов для повторного сеанса связи.
— Бросить все резервы на планету. Пусть они берут города, атакующие части пусть обходят узлы сопротивления, оставляют их резервам. Флоту — подготовиться к бомбардировке.
— Товарищ драгонарий⁈
— Главный калибр — в режим сейсмической разведки. Огонь по запросу с поверхности…
Клятвопреступница
…Сакагучи поднял Высшего Демона разрушения на своём мече — впервые, за эти годы, достойный противник — и не умеет фехтовать. Измученная Азер рядом переводила дух, непослушной рукой стаскивая шлем с красивой головы.
Ильхан с Хасаном наконец-то распяли на стенке бхуту, и вышибали последний дух из несчастного гада. Да, ещё раз, это позор — идти на войну и не уметь убивать.
Такахаши сидел в окружении друзей. Из-под пластин доспехов весёлыми золотыми ручейками вытекала кровь. Афсане тоже смотрела на него. Почувствовала взгляд Сакагучи, обернулась, шагнула спутанным шагом, и обняла его руку, прижавшись лицом к локтю.
— Он выживет?
— Да. Ничего опасного. Только отлежится.
Она заглянула ему в глаза:
— Ты говоришь как врач.
— Где Гюльдан и Её Высочество⁈
— Ах да. Вперёд пошли, пока мы этих задерживали.
— Понятно. Наора, Уэмацу, Хасан — останьтесь с раненым. Остальные — за мной! — и грубо вырвал окованный бронёй локоть из нежных рук девушки.
…В тронной зале было темно. Только изредка вспыхивали какие-то огоньки на стыках экранов, проносились и гасли. Вначале Кадомацу приняла это за панораму звёздного неба, но затем поняла, что сами экраны были темны и безжизненны.
Шульген был здесь. Тёмной живой горой он возвышался в своей ванне, и полуприщуренные глаза светились хитрым взглядом навстречу вошедшей.
— Здравствуй, принцесса. Извини, что встречаю в темноте — я бы включил какую-нибудь подходящую картину, но ваши захватили подстанцию и оставили меня без света.
— Я пришла прекратить твой мятеж. Прикажите сдаться всем своим войскам и остановите войну.
— Вот как⁈ Ты пришла одна, и без оружия… и приказываешь⁈ — наг грозно поднялся, распуская капюшон: — Даже не сразившись со мной⁈
Даже старый змей смертельно опасен. Бросок расплылся в воздухе, клацнули зубы. Метеа даже не пошевелилась. Она просто ослабила свою изоляцию, и воздух вокруг неё вспыхнул огненным костром. Шульген отшатнулся, запрокинув голову, и захныкал: