— Ну что вам от меня надо… Я просто старик… Я хочу любоваться пейзажами… хочу тепла и комфорта… хочу женской ласки… Хочу, чтобы меня уважали…
— Прекрати эту войну. Отведи войска. Чего бы ты ни хотел — ты не имеешь на это права, пока из-за тебя страдают другие, — сказала Мацуко, и вдруг сама застыла как громом пронзённая: «Слова-то мудрые, а я-то сама⁈»
Шульген посмотрел на неё, вдруг опустившую взгляд, и вроде не заметил ничего.
— А разве плохо было раньше? Ты в плену, никто никого не убивает. Тебе было плохо, извини, но вместо тысяч и миллионов наших солдат страдала только ты одна… — змей долго смотрел на неё, потом добавил, еле слышно: — Глубочайше прошу прощения…
Мацуко вскинула взгляд:
— Батша, неужели вы не видите: вас предали все! Я не захватывала подстанцию — её охраняет целый легион, без неё бы дворец пал в считанные секунды, но только у вас отключили свет! Кахкхаса с Умкы бежали на моих глазах — и я жалею, что не принесла их головы. Вы, сами… я же сутки готовилась к штурму, вы могли переехать в убежище, почему вы здесь⁈
— Мой верный Кахкхаса сказал, что поезд заминирован… — старик сокрушенно покачал головой: — Вовсе не для этого мы начинали Революцию. Я ещё помню Тыгрынкээва до того, как радость от побед ударила ему в голову… Умкы, как почтительного младшего брата… Пророка…- долгая пауза повисла в полумраке: — Тыгрынкээв — он был идеалистом. Он, наверное, и тебе успел проповедь толкнуть перед смертью⁈ Я помню — после восстания на Коците он прибыл ко мне парламентёром. Его доставили в цепях! У меня было предписание Сената, два сенатора с фасциями и ликторами, судебный претор, трибун-исполнитель с целой когортой. Тыгрынкээву понадобилось всего два часа — и Кахкхаса убил трибуна, оба сенатора перешли на нашу сторону, а я, старый дурак, объявил о том, что вся Гудешия отныне независима от Республики…
— И зачем вам это было надо, батша?
— Ради справедливости. Это слова Тыгрынкээва.
— Ради справедливости? Батша, да где вы видите справедливость?!! Это в ваших городах женщины продаются за кусок хлеба, обозлённые солдаты, — ваши же солдаты! — врываясь, убивают грудных детей, дети постарше вместо игрушек учат оружие, потому что их отцы уже отдали жизнь за вашу Революцию! Что бы вы ни защищали прежде — теперь это не стоит защиты такой ценой!
— Ты думаешь, было справедливее, дитя Огненного Ада⁈ Республика переселяла целых пять планет, ради «великой стройки» на Коците… Миллионы, миллиарды семей лишались не то что хлеба — самой земли под ногами! Жители пяти, пяти планет — должны были полностью покинуть их — и только во снах вернуться туда, потому что из Холодного Ада нет пути на средние миры. Мудрая, справедливая Республика, согласно своим законам, конечно, заботилась о тех, кто хотел остаться — и предлагала самый достойнейший вариант — службу в легионах. Мужчины могли остаться — бросив дом, жен, детей и отныне служить «славе оружия Амаля». Огромная честь, которую, на удивление Сената, мы отказывались принимать. Высочайшая честь для мужчины любого народа — стать воином своего племени, превратилась в страшную обязанность, которая означала разлуку с родными, пропадающими в безвестии. Женщины отдавались не за хлеб, а за право остаться близ родных мужей, сыновей и отцов. Детские колыбели приходилось прятать, ибо на втрое перенаселенных планетах уже не было места для детского смеха. И тогда мы восстали…
— Не обманывай меня, старый змей. В подземных городах Шульгена действуют законы Била-Сварги. Такие же наги как вы, запрещают рождаться здесь без разрешения. А здесь запрещали именно вы.
— Я вижу, вы подготовились к нашей беседе, юная леди.
— Я только что на этом мосту глядела в глаза собственной смерти. Она подсказала мне все ответы.
— Вы так легко говорите о смерти, милая, юная девушка… как будто готовы к новой жизни…
— А я и в самом деле готова. Все, о чем я мечтала — свершилось.
— А, реинкарнация. Я слышал об этой религии. Верите в то, что умерев один раз, родитесь снова? Снова пройдёте младенчество, детство, юность?.. На других мирах, а может и в самой Республике? Стоит ли жертвовать жизнью и богатством дочери Императора, чтобы родиться в этой стране? Республика Амаль… часть из того, что тебя ужаснуло — здесь норма… спроси у своего драгонария — первая игрушка детей призраков — автомат, вторая — мяч, с которым удобно тренировать броски гранаты. Первая и единственная игрушка инородца в Республике — та, чем Республика разрешит заниматься в будущем. Даже у детей в этом мире нет свободы. Держитесь за жизнь, принцесса. Здесь невыгодный курс обмена.