Будда
(одна из проповедей)
" — Здравия желаю, товарищ принцесса!
— Олух, либо «товарищ», либо «принцесса»!
— А что, вместе нельзя⁈
— «Товарищ» — это значит «равный», а «принцесса» в нашем языке значит — «особенная». Одновременно «Равной» и «Особенной» вы быть не можете, товарищ аюта.
— Вот как… Ну, меня мои ракшасы вообще «ханум-паша» называют, это ещё абсурднее. Так что мне не привыкать.
— Товарищ аюта, вы с нами?
— М-м-м… я хочу первой ступить на Амаль. Ведь господин драгонарий с вами⁈
— Нет, мы всего лишь почётный эскорт, то есть не эскорт, а наоборот… ну ладно, в общем… А вам, товарищ аюта, надо в адмиральский катер — там все штабные, и товарищ Тардеш тоже.
— А, спасибо! Тогда мне от вас. Счастливо!
— И вам не кашлять.
…Метеа потерялась перед посадкой. Тардеш обеспокоился — поднялся в кабину пилотов, (у кораблей людей кабина находилась в носу, а не снизу) — там огляделся, но непутёвая демонесса сама отыскалась. Вышла из люка «собаки» эскорта и помахала рукой.
— Я заблудилась, — излишне объяснила она, появляясь в салоне.
Тардеш посмотрел, как она стоит и стесняется, и показал на приготовленное для неё место.
— Спасибо, — поблагодарила крылатая гостья.
Драгонарий с интересом наблюдал за ней. Что замечательно — когда она только начинала, ей были внове все эти мигающие огоньки, (демоны не использовали световую индикацию), но как порядочная девушка, старалась держаться скромно и не задавать лишних вопросов. Потом же, когда освоилась и стала понимать, что они ничего важного не значат, стала наоборот — намеренно их выглядывать, чтобы как всякий знаток, быть ещё более уверенной, что всё в порядке.
Принцесса поймала взгляд драгонария, обращённый на неё:
— Что?
— Нет, ничего… — помахал головой призрак, но демонесса всё долго смотрела на него.
…Вот именно такой вот уютной комнатой вместе с Тардешем и представляла Мацуко планету Амаль. Свет был приятный, мягкий, не тот полумрак, что царил на боевых постах — он рисовал на его лице не страшный оскал черепа, а пусть прозрачное, но лицо… «У него должны быть очень красивые глаза» — подумала девушка…
По-нормальному поговорить так и не получалось. Стали подходить остальные — Бэла, Кверкеш, другие офицеры, со многими из которых она прежде не сталкивалась — все они наполнили уютный салон и присутствием, и разговорами — какими-то новыми, в которых принцесса потерялась…
Она осторожно щелкнула ключицами и обняла себя крыльями — ну да, совсем детский трюк, но ей так хотелось, чтоб заметили! Принцесса виновато улыбнулась обернувшимся полководцам — всё-таки неловко…
…Она всё-таки была красива. У женщин-демонов непривычное сложение, но сейчас, в этом ярком свете она выглядела просто потрясающе. Когти на руках — из-за них пальцы казались красивыми и длинными — отточены и отполированы до нестерпимого блеска. Полупрозрачная перепонка крыльев — на каждом коготке крыла по перстню либо кольцу (принцесса как-никак!). Цвет кожи — желтый, лицо овальное, но уже не такой тонкий очерк юности, который у неё был четыре года назад — скулы стали чётче, подчеркнув тонкие губы. Высокий лоб, прямые брови, которые редко идут женщине — и пронзительные серые глаза, без зрачков и белков. Чуть раскосые удлинённые миндалины. Смотрит, и как магнитом притягивает. И не скажешь ведь женщине — «не смотри так»…
…Метеа о чем-то говорила с Бэлой. Но глаза… никак она не могла отвести глаз от Тардеша. Наверное, это, в конце концов, неприлично — так глазеть на мужчину, но… имеет же она право⁈
Она же победила.
Она столько терпела.
Она на всё согласна.
Ей же достаточно только видеть его!
Пусть он и не говорит, пусть до него нельзя дотронуться, пусть и нельзя с ним говорить, хотя бы так, хоть иногда, увидеть, побыть рядом…
Звезданувшись чубатой головой о низкий потолок, вошел принц Стхан:
— Взлетаем.
…Ваше Высочество, хотите посмотреть на Амаль из кабины?
— Нет, спасибо, принц. Да и, наверное, мы будем мешать пилотам — предположила она, глядя на Тардеша.
— Ну почему? — вдруг ответил Тардеш: — Уж кому-кому, а вам-то они обрадуются. Хотите, пойдём вместе⁈
— Да! — кивнула тогда она с радостью.
…Створки люка ангара разошлись, открывая звёздное небо, с математически точно расставленными громадами кораблей. «Собаки» эскорта зажгли желтые факелы двигателей и поднялись над полом. Катер тоже качнулся. Секунда — и они увидели маленькое солнце Сират и белую громадину Амаля.