Чаннаронг, разумеется, не потрудился внести хоть какую-нибудь ясность — попросту захлопнул дверцу, даже о кляпе не вспомнив. Снова очутившись в кромешной темноте, я отчаянно заморгала в надежде, что глаза привыкнут, но законы подлости снова вступили в свои права. Пришлось опять изо всех сил напрягать слух, чтобы не пропустить что-нибудь жизненно важное.
Колеса шуршали по асфальту. Цивильная дорога обрывалась у заброшенного медицинского поста, а дальше начинался мелкий песок, в котором недолго было и увязнуть, — так что водитель подъехал так близко, как смог, и заглушил двигатель. Хлопнула дверца автомобиля.
Подспудно я ожидала услышать мужскую поступь: чуть шаркающую, неравномерную, когда Джейден замирал, заметив что-нибудь любопытное, или, напротив, медитативно ровную, когда он брел, погрузившись в свои мысли.
Но вместо этого по асфальту деликатно стукнула пара каблучков, и уверенный женский голос велел:
- Подождите здесь, мистер Браун. Это ненадолго.
Я беспомощно вытаращилась в темноту. Линдсей-то сюда каким ветром принесло? И куда, ради всего святого, смотрел Элиас?!
Каблучки выстучали неспешный ритм по асфальту и, судя по всему, безнадёжно утонули в песке. Впрочем, я была готова поклясться, что даже это не помешало Линдсей уверенно двигаться вперёд с таким видом, словно она всю жизнь прогуливалась по пляжу на шпильках и не находит это сложным или неудобным, — отчего сложно и неудобно становилось всем окружающим. Хотя бы потому, что не потрудились должным образом встретить леди или, на худой конец, достроить дорогу.
- Есть здесь кто-нибудь? Я хотела бы поговорить со старостой! — чуть повысив голос, возвестила Линдсей и тотчас же вернулась к обычной громкости. — О, детектив Чаннаронг, какой приятный сюрприз!
Хамить наследнице губернатора, что характерно, колдун не стал.
- Я здесь по просьбе моего жениха, — как ни в чем не бывало прощебетала Линдсей. — Джейден задумался об использовании драгоценных кораллов в скульптуре, и попросил меня взглянуть на «кожу ангела» из Трангтао. К сожалению, никто не знал, кому звонить, чтобы предупредить о моем визите. Я не вовремя?
«Еще как!» — обреченно подумала я, но не издала ни звука: перед глазами у меня потемнело еще сильнее — если это вообще было возможно.
«Жениха»? Но они же… она же сама пыталась аккуратно донести до меня, что никакой ей Джейден не жених!
- Мне очень жаль, что вы проделали весь этот путь впустую, леди Линдсей, но староста сейчас в море, — ровным голосом ответил Чаннаронг. — Слишком короткий световой день, он не желает терять ни минуты. Но он мой давний знакомый, так что, если пожелаете, я попрошу его прислать образцы в Мангроув-парк.
- Правда? — обрадовалась Линдсей. — Это было бы очень любезно с вашей стороны, детектив! Может быть, вы присоединитесь к нам за чаем завтра? Джейден тоже будет. Вы просто обязаны рассказать ему об этом месте, здесь так живописно!
Я окончательно перестала улавливать суть происходящего. Что она творит?! Зачем ей понадобилось зазывать колдуна к себе в дом, неужели Джейден не рассказал, что происходит?..
Щебетала Линдсей так, словно и в самом деле понятия не имела, кто и зачем убил её лучшую подругу: в считанные минуты уговорила детектива заглянуть в Мангроув-парк, осыпала комплиментами национальный колорит отрезанной от цивилизации деревушки, добилась клятвенных заверений, что Джейдену доставят лучшие образцы драгоценных кораллов, перламутр и жемчуг, и… вежливо откланялась.
Чаннаронг попрощался, и в его голосе звучала какая-то подозрительная задумчивость. А я так и осталась не то висеть на лавке, не то лежать на боку — в глубоком шоке и разочаровании.
Что это сейчас было?!
Если она приезжала не за мной, то почему ссылалась на Джейдена? А если за мной, то почему умчалась, даже не попытавшись завести разговор о пропавшей компаньонке?.. Впрочем, в растерянности я пребывала недолго. Ровно до тех пор, пока не услышала негромкий треск, шелест и — змеиное шипение.
Меня резко перестали волновать судьбы влиятельных леди и их отношения с богатыми наследниками фабрик и ферм. Зато традиционную ньямарангскую архитектуру со щелями во всех стенах и полах я немедленно помянула недобрым словом, но на помощь мне, разумеется, никто не пришел: судя по звукам, Чаннаронг вообще предпочел куда-то уйти, оставив драгоценный кинжал издевательски торчать из дверного косяка рукоятью внутрь. Мол, что же пленница сможет с ним сделать, привязанная по рукам и ногам?
У пленницы был ряд фантазий на этот счет, но с жестокой реальностью они соотносились плохо.