Будучи надетой на меня, роба выглядела точно так же, как и на вешалке: уныло обвисала с плеч, сборила на животе и подчеркивала слишком высокий рост. Если Солада в бытность рабыней и впрямь носила что-то подобное, то меня действительно занимал вопрос, чем же она могла очаровать императора, — потому как это определенно была не миловидная внешность.
С чего бы единоличному властителю, который мог по щелчку пальцев заполучить любую красавицу, обращать внимание на нескладную полукровку в застиранных лохмотьях?..
Вдобавок миссис Ваен, не удовлетворившись моим прискорбным видом, с любопытством потянулась к строгому пучку волос на моем затылке — и тотчас с шипением отдернула руку, уколовшись об острую шпильку. Видимо, вырядить меня в поношенный мешок из-под картошки показалось ей недостаточно, и для полноты картины следовало еще и испортить прическу.
Я дернулась было, уворачиваясь, но заставила себя стоять неподвижно.
Спокойно, Марион, папа дал на это добро, а уж он-то к этому моменту наверняка не преминул подослать шпика к каждой натурщице, когда-либо работавшей с Джейденом Старром, и сопоставить все их рассказы. Если до сих пор сюда не примчался взъерошенный Сирил с требованием немедленно прекратить позорить приличную девушку, значит, ничего неподобающего никогда не делал ни сам скульптор, ни его эксцентричная помощница.
А что до их бесцеремонности… неприятно, непривычно — но Джейден нанимал преимущественно профессиональных натурщиц и наверняка привык, что их границы допустимого несколько отличаются от принятых в высшем свете.
- Позвольте, лучше я сама, — быстро сказала я, пока переживающий за успех съемок скульптор не полез за ширму повторно, и принялась методично вынимать из пучка все тринадцать шпилек — одну за другой, бережно складывая рядом с парадно-выходным платьем, до которого теперь опасалась не добраться до самого утра. — Простите, мистер Старр, небольшая заминка. Так чем же Солада так прославилась?
- Она принадлежала зажиточному фермеру, — с готовностью откликнулся Джейден, — и помогала ухаживать за его слонами. В одно необычайно засушливое лето Солада погнала слонов на дальний водопой и захотела искупаться, но плавать рядом с животными не решилась: те слишком обрадовались прохладной воде и расшалились. Солада отошла от слонов, не зная, что водопой пустовал из-за того, что ближайшая деревушка опустела из-за нападений тигра-людоеда. Он напал на нее и сильно ранил, но слоны бросились ей на выручку… — Джейден запнулся и неуверенно хмыкнул: — Подозреваю, что они не столько спешили на крики, сколько опасались, что тигр попытается напасть и на маленького слоненка, но факт остается фактом: Солада выжила после нападения, и о ее удачливости прослышал сам император.
- Все еще звучит не слишком обнадеживающе, — заметила я, вынимая последнюю шпильку.
Миссис Ваен восторженно ахнула и запустила пальцы мне в волосы, помогая им распрямиться. Я непреклонно отстранилась и принялась перебирать их сама.
- Если вы о намерениях императора, то да, добрыми они не были. — Голос Джейдена зазвучал еще ближе: кажется, он едва сдержался, чтобы не заглянуть за ширму, выясняя причину возни. — Император хотел испить крови Солады, чтобы забрать ее удачу. Сама Солада в восторг, разумеется, не пришла, но ее хозяин был чрезвычайно польщен вниманием императора, а уж компенсация за «удачливую» рабыню и вовсе привела его в экстаз. Он приказал немедленно растопить купальни, пригласить лучших мастериц и привезти самые дорогие наряды, чтобы вид грязной рабыни не оскорбил взор императора. Соладу отмыли, откормили, одели в шелка и отправили ко двору. Император был так сражен ее красотой, что о кровавой жертве и думать забыл.
Видимо, вырвавшийся у меня смешок оказался в достаточной мере скептическим, чтобы Джейден немедленно продолжил историческую справку:
- По меркам Ньямаранга Солада действительно была сказочно красива. Среди местных до сих пор процветает культ светлой кожи, поскольку считается, что загар — это признак того, что человек проводит много времени в поле, за черной работой, и на жизнь себе зарабатывает ломовым трудом, тогда как богачи прячутся в тени. Собственно, отчасти из-за этого к вайтонцам так странно относятся: вроде бы и ненавидят из-за того, что мы завоевали их родину, и в то же время преклоняются и перенимают многие обычаи из исконно вайтонской культуры, потому как настолько белые люди не могут быть плохи во всем. Пожалуй, выше белокожего человека оценят только кого-нибудь с голубой кожей, как у Праатхи, бога-отца, — хмыкнул Джейден. — Солада же была полукровкой, высокой и тонкой, и, когда с нее смыли загар, стала отвечать главным требованиям к красавицам того времени.