Он бросил презрительный взгляд на капитанов и неторопливо произнес:
– Я чужестранец и мало знаком с вашими обычаями. Но я уже достаточно видел и слышал, так что могу сказать: вы – храбрые люди, но я редко встречал подобное сборище глупцов!
Рев и проклятие было ему ответом. Хорса начал приподыматься из-за стола, повторяя: «Ты посмел, бродяга? Ты посмел на совете…» Ликанто молчал, но выглядел озадаченным. Кунобар замахал рукой, пытаясь установить тишину.
– Спокойно, Хорса! Мы разрешили ему говорить – так пусть говорит, что хочет. Он не уйдет от расплаты.
– Это точно, – прорычал Хорса, усаживаясь на место.
Блейд иронически усмехнулся.
– Если бы я оказался на месте этого Геторикса, которого вы зовете Краснобородым, то ваши головы уже красовались бы на копьях. Вы сидите здесь и болтаете как старухи, а он приближается с каждым часом. Один советует прикончить меня, другой боится разгневать принцессу и ее отца. И вы ничего не делаете! А самый большой глупец здесь – ты, король, – Блейд ткнул пальцем в Ликанто. – Ты властелин, который не пользуется властью! Ты оставляешь безнаказанной дерзость своих вассалов. И не только здесь, в этой комнате, но во всем городе. Я видел, как твои люди пьют, играют в кости и таскаются за шлюхами, вместо того, чтобы точить мечи. В Сарум Виле царит беспорядок, а ты сидишь, уткнув нос в рог с пивом. Твоя армия сборище хвастунов и пьянчуг, и на месте Краснобородого я опасался бы ее не больше, чем толпы женщин. Правда, в отличие от женщин, этот сброд не годится даже для того, чтобы поразвлечь бойцов Геторикса.
Блейд перевел дух и решил, что пора переходить ко второй части речи. Умерив мощь своего голоса, он обратился прямо к королю:
– Ты слышал, что в своей далекой стране я слыл мудрым человеком может быть, даже колдуном. И это верно – если колдовство означает умение использовать свои мозги. Я могу показать вам военные хитрости, о которых Краснобородый никогда не слыхал. Я могу обучить вас искусству сражений. Я могу победить этого разбойника – и сделаю это! Но раньше я убью человека, которого выберу для поединка. Говорю тебе, король, что наша схватка – только потеря времени. Но ты хочешь, чтобы я дрался, и я буду драться – с человеком по имени Хорса! И я прошу Кунобара Серого быть моим помощником в поединке.
В комнате воцарилось напряженное молчание; все уставились на Блейда. Он шагнул к Хорсе и плюнул ему под ноги.
– Я сказал, что выбираю тебя! Если только твоя кровь не слишком жидкая, тогда я выберу другого.
Хорса с ревом вскочил и начал молотить по столу огромными кулаками. Его лицо, широкое, грубое, исказилось от ярости.
– Ты! Жалкий шпион! Раб и торговец женщинами! Вшивый сын шлюхи, зачавшей от козла! Ты посмел так говорить со мной? С Хорсой, лучшим бойцом в Альбе?! Порази меня Тунор, если этой ночью я не заставлю тебя сожрать собственную печень!
Блейд холодно улыбнулся. Своей первой цели он уже достиг, спровоцировав безрассудный гнев противника. Но в костер можно было подбросить еще дров.
– Если ты, Хорса сражаешься так же хорошо, как говоришь, то я уже мертвец.
Он рассмеялся и опять плюнул на пол перед Хорсой.
В комнате поднялся гвалт. Молчала только старая жрица, непрерывно работавшая своей кисточкой. Кому предназначались эти записи? Кто будет читать о странных, невероятных событиях, что происходят здесь, сейчас? Даже среди возникшего хаоса Блейд поймал себя на мысли, что он был бы не прочь познакомиться с этими неведомыми читателями.
Тем временем Ликанто попытался навести порядок, замолотив по столу пустым рогом. Капитаны опустились на скамьи – все, кроме Хорсы, который остался стоять, злобно сверкая глазами на Блейда. На губах у альбийца выступила пена, и Блейд понял, что довел его до бешенства берсерка. Да, убить Хорсу будет нелегко.
Королю пришлось почти кричать, чтобы Блейд мог услышать его слова. Ликанто говорил громко и резко, но в тоне его слышалось невольное уважение к чужестранцу.
– Ты сделал свой выбор, и мы согласны с ним. Скоро ты будешь сражаться с Хорсой Но должен сказать тебе, губы Ликанто скривились в усмешке, – что Хорса не лгал и не хвастал. Он действительно лучший боец в Альбе; он – Хорса Дробитель Черепов, сделавший вдовами больше женщин, чем сам Тунор.
– И утешивший их, – произнес чей-то голос. – Жалко, что после этого чужака не останется вдовы. Бедному Хорсе придется потом идти к лагерным девкам, как обычному простолюдину!