Больше ничего не сказав, мальчик ухмыльнулся и убежал, оставив нас вдвоем. Между мной и женщиной было расстояние примерно в один бельевой шест. Она смотрела на меня в замешательстве.
На ее библиотекарском бейдже значилось «ЭНО».
Внутри шалфейной юбки прошелестел едва ощутимый ветерок.
— Я пришла вернуть вам юбку, — тихо сказала я, сделав шаг в ее сторону. — Вот эту юбку…
Эно молча опустила голову и направилась обратно к стойке.
— Подождите. — Я коснулась ее руки, от моего прикосновения она вздрогнула и остановилась.
Тонкие брови удивленно приподнялись, а нижнее левое веко начало мелко подергиваться.
— Я из химчистки «Ракушка». Я пришла вернуть вам юбку, которая долго была у нас на хранении. — Продолжая говорить тихо, я взяла подол юбки и демонстративно приподняла его: — Срок выдачи давно истек, поэтому мы сначала отправили ее на склад. А недавно ее прислали обратно…
— Это не мое, — быстро сказала она совершенно обычным голосом, потом развернулась и решительно зашагала к стойке.
Я отпустила подол, и юбка, снова поймав своим парусом легкий ветерок, вернулась в исходное состояние.
Обернувшись, я заметила, что мальчишка, который якобы убежал, на самом деле спрятался за книжным стеллажом и теперь выглядывал из-за него, радостно ухмыляясь.
— Ты работаешь в химчистке?
Я кивнула и спросила:
— А ты никогда не видел, чтобы библиотекарь, Эно-сан, носила эту юбку?
— Нет.
— Ты не обманываешь?
— А это правда ее юбка? Тогда почему ты сама ее носишь?
— И верно, как-то странно, да?
Я направилась к библиотечной стойке. Позади послышались тихие детские шаги по ковру.
Эно сидела за стойкой, глядя в монитор. Его свет отражался, переливаясь радужными оттенками, в стеклах ее очков.
— Простите… Вы точно не узнаёте эту юбку? Я как-то раз видела вас в ней. Подумала тогда, что цвет у юбки просто чудесный.
Она подняла на меня глаза.
За радужно переливающимися стеклами ее зрачки, казалось, сузились сильнее обычного.
— Нет. Это не мое.
Седовласая женщина, сидевшая за стойкой чуть поодаль, снова мельком взглянула в нашу сторону.
Мальчик, стоявший рядом со мной, ухватил юбку за подол и начал дергать его то вверх, то вниз, нагоняя внутрь воздух. Эно, опустив голову, снова уставилась в экран компьютера.
Она явно не собиралась идти на контакт. Средних лет мужчина принес стопку книг, которые собирался взять, и тяжело опустил их на стойку. Эно молча начала сканировать штрих-коды.
Мы с мальчиком, стараясь никому не мешать, постепенно двигались вдоль слегка закругленной стойки в форме буквы «Г», пока не уперлись в стену рядом со стеллажом, на котором было написано «История города».
— У моей бабушки есть такая. — Мальчик продолжал теребить подол юбки.
Возникшие от этого колебания воздуха превратились в ветерок, который становился все сильнее, — вот он начал перелистывать страницы книг из стопки, сложенной на стойке возврата, и даже всколыхнул кончики волос Эно, собранных в хвост.
— Что происходит? — раздался вдруг голос из-за стойки. Это заговорила седовласая коллега Эно.
На ее бейдже было написано «КОДЗУМИ».
— Мы принесли ей юбку обратно, — ответил за меня мальчик, продолжая дергать подол. — Но оказалось, что она не ее.
— Я работаю в химчистке и пришла вернуть вещь, которая долго лежала у нас на хранении, — сказала я.
Кодзуми отошла на шаг назад и внимательно оглядела юбку через стойку.
Я тоже отступила на шаг, чтобы вещь было видно целиком.
Она долго и пристально рассматривала юбку, а затем обернулась и посмотрела на Эно.
Та продолжала сидеть, отвернувшись от нас.
Кончики ее хвоста все еще слегка покачивались.
— Не могу сказать, что совершенно не помню этой юбки. Но раз Эно-сан говорит, что это не ее вещь, значит, так и есть.
— Да, видимо, я ошиблась.
— Хотя… подождите! Нет, все-таки я определенно видела на ней эту юбку. Такой цвет невозможно забыть. Когда вы вошли, меня сразу это насторожило. Это точно ее юбка. А она сказала вам, что нет?
— Так и сказала.
— На вид просто один к одному. Эно-сан, подойдите, пожалуйста. — Кодзуми обернулась и позвала коллегу.
Та посмотрела в нашу сторону, но с места не сдвинулась.
— Это же ваша юбка. — Кодзуми сказала это довольно громко, так что все пожилые мужчины, дремавшие над газетами и журналами в зоне периодики, разом открыли глаза.
— Посмотрите хорошенько. Это ведь ваша вещь, разве нет?
— Нет. — Губы Эно едва заметно шевельнулись.