- Протест отклоняется. Документы правильно заверены и проверке не подлежат. - Судья ответила ровным спокойным голосом.
- Кирилл Дмитриевич, что вы можете сказать на это обвинение? - Миша обратился к Аристову в сугубо деловой манере.
- Я...Он сам передал мне долю. Видимо, забыл об этом. - Голова Кирилла была опущена вниз, и в целом он выглядел растерянным. Но при этом неимоверно злым.
- Забыл! Ну конечно! - усмехнулся мой брат. - А еще, я видимо, забыл как подарил долю этой....- Саша опустил голову, и прочитал что-то с листочка. - Мирошниковой Галине Алексеевне. Кстати, ваша честь, я хочу аннулировать и эту передачу тоже. Согласно регламенту моей компании, второй собственник не имеет права дарить кому-то доли без моего подтвержденного согласия. А я своего согласия не давал. Прошу отменить эту сделку.
- Кто такая эта Мирошникова? - шепотом спросила у Влада, сидящего рядом.
- Мирошникова Галина, это его невеста.
- Которая блогерша? - Я была удивлена. Даже очень.
- Да, она.
19.3
Вполне предсказуемо, что в суде мы победили.
Довольный собой, Саша, даже не считал нужным скрывать факт своего знакомства с представителями власти.
Аристов же, наоборот, был в бешенстве. Так громко распекал своего нерадивого адвоката, за то, что он не смог "нормально договориться с судейскими", что их даже выгнали прямо из зала суда.
Брат лишь довольно ухмылялся, глядя на истерики своего бывшего партнёра. Он и не пытался быть серьезным и вел себя так, словно все что здесь происходило его натурально забавляло. В этом он весь.
А вот мы с мамой выходили из зала суда с легким сердцем.
Теперь когда Саша был здесь и лично контролировал процесс передачи долей собственной фирмы кому захочет, меня это больше не касалось. Зато благодаря моему отказу делить наше совместно нажитое имущество, мы с Аристовым могли как можно быстрее, завершить развод. Миша даже пообещал, что до конца недели у меня на руках будет свидетельство о расторжении брака.
И я наконец-то, стану свободной женщиной!
Проходя мимо незнакомого зала, решила зайти в него на минутку, поскольку увидела там в углу, кое-что любопытное.
Там на судейском столе, в небольшой фарфоровой вазе стояли просто невиданной красоты, чайные розы. Нежные бутоны, кремового оттенка, с легкой примесью какао, а еще, милой розовой окантовкой и колючими стеблями.
Интересно, кто же оставил здесь, эту красоту? Забрать бы домой....
- Мне надо с тобой поговорить! - жёсткая рука, неумолимо сжалась на моем плече, втягивая в незнакомое помещение.
- Аристов! Ошалел? Это же тоже зал суда! Нам нельзя здесь находиться! Вдруг кто-то увидит! Ты сумасшедший....
- Я в курсе, что это зал суда! Именно такое место и нужно, чтобы нас никто не побеспокоил. - Аристов прикрыл дверь, прислоняясь к ней спиной.
Какая наглость! Еще бы в мужской туалет меня силой затащил!
- Ты ведь слышала, Маринка, что твой брат сказал? Он ведь теперь не успокоится, пока не оставит меня и мою семью без трусов! Ты рада, что все так получилось, м? Ты теперь довольна?
- Без трусов, говоришь? - усмехнулась. - Прямо как ты меня, правда, Аристов?
Сложила руки на груди, немного прищуривая глаза. Если он хотел испортить мне настроение, то у него это вышло замечательно.
-Что? - У бывшего кровь отхлынула от лица. - Я бы не оставил тебя совсем без денег! Не сравнивай, Марина! - тяжело задышал, весь какой-то посеревший. - Я может, немного перегнул палку, когда решил отдать часть акций Каринке, но и тебя бы я тоже не обделил. Я бы отдал тебе квартиру, как и обещал. Все было бы намного проще, если бы ты не ерепенилась. Понимаешь? Проще!
- Проще для кого?
-Марина, ты... Ты правда, считаешь меня настолько ужасным мудаком, который бы оставил бывшую жену и мать своих детей без денег? Ты ведь знаешь, я бы никогда....
-Да, точно! Ты бы никогда. Ты всего лишь изменял мне, настроил детей за моей спиной против матери. Выгнал из дома. Что еще? А, да, акции Сашиной фирмы любовнице своей отписал...
Кирилл напряженно слушал мои слова и продолжал смотреть на меня каким-то неверящим взглядом с каплей презрения.
- Ну, отписал и что?! Тебя только это сейчас волнует?! А о детях наших ты, подумала?! Ты вообще, соображаешь, что их жизнь зависит от меня, а? От меня и моей компании! Плохо будет мне, значит, плохо будет и им! Или что, ты настолько обижена, что тебя больше не волнует что станет с детьми?
Вот и про детей зашёл разговор. И теперь, мы плавно, подходим к тому моменту, где он использует наших детей как доступный рычаг давления.