-А ты изменился мастер гном - тихо вымолвила Кайра. - Еще вчера я готова была поручиться, что ты слил все свое достоинство в кружку эля, но теперь я вижу, что ошибалась.
-У нас сейчас нет времени на пустую болтовню - бесцеремонно оборвал богиню гном, - Нам с эльфийкой пора в дорогу. А, кстати, где она?
-Наниэль уже давно готова и ждет тебя у портала в подвале - не обращая внимания на грубый тон Таангрима, промолвила богиня.
-Что ж, тогда вперед! Я искренне надеюсь, что все, сказанное тут, было правдой! А то вы на этом чертовом Ассаане только и умеете, что лапшу по ушам развешивать. Если бы дело пошло так и дальше, то я мог бы не работать вовсе, а только ей одной и питаться!
Кайра снисходительно улыбнулась незамысловатой шутке гнома
-Что ж, мастер гном, тебе пора в дорогу! А еще хочется пожелать вам с Наниэль удачи! Она пригодится.
С этими словами она повела гнома к порталу, у которого, стоя к ним спиной, нервно переминалась с ноги на ногу Наниэль. При их приближении девушка вздрогнула и обернулась. Она была одета в зеленый охотничий костюм, белокурые волосы подвязаны золотистой лентой, за спиной приторочен упругой формы лук. На поясе эльфийки висела слегка изогнутая сабля в красивых, инкрустированных золотом ножнах. Она посмотрела в глаза богини, как будто задавая немой вопрос: "Что уже пора? Так быстро?". Кайра кивнула эльфийке и подтолкнула к порталу гнома.
-Вам пора, друзья мои! - тихо произнесла богиня. - Наниэль, Таангрим, надеюсь, вы выполните свой долг?!
-Будьте покойны госпожа Кайра, гномы своих слов на ветер не бросают, - проорал Таангрим, и первым метнулся в пугающую пустоту портала. А за ним, промедлив секунду, туда же вошла и Наниэль.
4. Троерский замок.
Город лежал, как на ладони. Отсюда, с вершины холма, можно было разглядеть и узенькие улочки, петляющие между домов, и широкие площади, и взмывающие к небесам шпили башен замка, и даже три величественные колонны, увенчанные некими грандиозными изваяниями. А дальше, за городом, виднелась бухта залива, языком врезавшаяся в берег. Но все это тонуло в белесой дымке, гасящей цвета и размывающей очертания. Он был прекрасен и загадочен, древний Троер, и тишина, царящая вокруг него, только добавляла заброшенному городу таинственности.
-Что же, весьма даже неплохо! - окинув взглядом открывшуюся панораму, произнес Барбаган. - Немного старомодно, но в этом даже есть свой шарм. Как тебе кажется, Лестер?
-На первое время сойдет, - брезгливо усмехнувшись, ответил тот. - А старину можно попробовать ввести в моду. Думаю, что пресыщенный новинками Ассаан может на это клюнуть.
-Забудь пока про него. Мы не сможем создать ничего нового, если все время будем оглядываться назад. Ассаан для нас сейчас уже прошлое.
-А мне в этом прошлом было очень даже неплохо, и я не вижу никаких причин для того, чтобы радикально менять свои собственные привычки. Напротив, мне хочется переделать эту старую развалину именно по образу и подобию Ассаана.
-Ладно, посмотрим на это "чудо" поближе, а там видно будет, - сказал Барбаган, и, повернувшись к сопровождавшему их мальчику, продолжил: - Ну, Зван, веди нас дальше!
Племянник Зумма был единственным, кого они взяли с собой на поиски древнего города. Все остальные жители поселения оказались заняты на работах, а мальчишка показался Барбагану наиболее смышленым среди своих сверстников, и, к тому же, очень даже неплохо знал местность. Да и Зумм с легким сердцем отпустил его, безоговорочно веря в могущество своих новых покровителей.
-Дяденька Барбаган, а как же мертвяки? - робко спросил Зван. - Вы нисколечко не боитесь их?
-Я не боюсь никого, - усмехнулся он. - А уж мертвяков и подавно! Ну, скажи мне на милость, чего страшного может быть в тех, кого уже давно нет?
-Они так жутко завывают. Просто мороз по коже бежит!
-Ну и пусть себе воют! Кикимора ваша тоже по ночам вопит на болоте, так ты же ее не боишься?
-Бабушка Кикимора своя, а эти-то совсем чужие! Кто их знает, что у них там на уме?!
-Держись рядом со мной, и все будет в порядке, - успокоил его Барбаган.
Они тронули коней и начали спускаться с холма. Под ногами у них петляла из стороны в сторону старая дорога, некогда мощеная камнем, но теперь изрядно заросшая травой и чертополохом. На Лирос пришла весна, и яркое полуденное солнце сияло в изумительной голубизне неба.
Зиму Барбаган с Лестером прожили в поселении Зумма, и некогда убогое местечко было теперь не узнать. Их дары людям сыпались, как из рога изобилия. В племя пришел достаток, вместо одного общинного дома теперь стояло уже несколько, возведенных трудолюбивыми жителями поселка и облагороженных божественной магией их покровителей. Скотина исправно приносила приплод, на охоте им неизменно сопутствовала удача, а рыба чуть ли не сама запрыгивала в сети.
Люди не уставали благодарить своих новых богов, но и от тяжелой работы тоже не отказывались. В них присутствовал некий внутренний стержень, а вековая борьба за существование не позволяла им расслабиться ни на миг.
На первых порах молодым богам и самим нравились их первые опыты творения, особенно Барбагану. Он работал с душой, каждый раз придумывая что-то новое, необычное, и селяне ежедневно ощущали на себе его заботу. К ним даже стали приходить на поклон люди из соседних поселений, и все просители получали щедрую помощь. Слава о могущественных божествах, осчастлививших своим посещением Лирос, неуклонно распространялась, но самим начинающим творцам все же хотелось более крупных масштабов.
Первым затосковал Лестер, а затем он начал изводить своим ежедневным нытьем старшего брата. Барбаган и сам понимал, что перерос поселение Зумма, а потому, как только сошел снег, они с Лестером решили отправиться на поиски заброшенных городов. Ближайшим и, как говорили, лучше всех прочих сохранившимся, оказался Троер. С него-то они и решили начать возрождение былого величия Лироса.
Барбагана немного беспокоило внезапное исчезновение Волая, но они с Лестером уже давно привыкли к странностям младшего брата, а потому взяли себе за правило не слишком-то обращать на них внимание. Зумму они сказали, что Волай отправился в дальнюю часть Лироса, чтобы помочь наладить жизнь другим людям, и на этом тему исчезнувшего третьего бога постарались закрыть.
Как только весенняя распутица закончилась, братья тронулись в путь. Люди провожали их со слезами на глазах и, дабы сгладить тягость расставания, Барбаган одарил их на прощание еще целым рядом чудес. В завершение он пообещал, что постоянно будет следить за тем, чтобы у них не было недостатка ни в чем, а если возникнет какая-то надобность, велел не стесняться и обращаться к нему в молитвах.
И вот теперь Троер лежал перед братьями, и то, что они увидели, вселяло определенный оптимизм. Дорога привела их к городским воротам. От них, правда, осталась только величественная арка и две надвратные башни, в которых раньше, должно быть, размещалась караульная рота. Сами створки ворот то ли превратились в прах от времени, то ли были снесены с петель во время прежних войн, некогда вовсю полыхавших на Лиросе.
Барбаган, Лестер и Зван вошли в ворота и оказались на небольшой площади, застроенной по периметру двухэтажными домами. Судя по всему, на первых некогда располагались магазинчики и лавки, а вторые предназначались для жилья. Барбаган остановился и огляделся вокруг. Дома были построены добротно, из камня, а потому стены выдержали проверку временем. Крыши, правда, кое-где просели, а то и вовсе провалились, да еще окна зияли пустыми глазницами.
-Восстановить будет несложно, - хозяйским глазом окинув площадь, сказал Барбаган. - Главное, стены целы. Зайдем, посмотрим, что там внутри?