— Нет, это… да, — изрекает Маргарета. Она смотрит на свой блокнот, потом на другой, и понимает, что перепутала их. — Я тебе дала не тот листочек. У нас еще одна заявка на починку унитаза.
— Если ты хочешь написать еще одну книгу про унитазы, то я всеми руками за, — Лекс перестает меня катить и возвращается к столу для обмена листочками. — Та книга, что ты мне дала, устарела и частично улетела в кабинку туалета, где засел сердитый тип с геморроем. Я не рискнул лезть к нему со своими проблемами, так что нам определенно требуется новое руководство по унитазам.
— Нет, моя книга будет про любовь, — с кокетливой улыбкой провозглашает Маргарета.
— Ну, про любовь, так про любовь, — соглашается Лекс, выкатывая меня из ее кабинета. По дороге отбивает так и лежащую возле двери гайку ногой.
— Зато я все выяснила, — бормочу я и машу Маргарете — этой милой женщине — рукой. Она машет мне в ответ, а потом вздыхает и кладет голову на стол. Я вижу, как ее длинные босые ноги в черных колготах под столом принимают неофициальное расслабленное положение, перестав быть опорой для ее тела. Докатив меня до лестницы, Лекс подхватывает меня на руки, и в этот же момент кресло под Маргаретой отъезжает в сторону, роняя ее на пол.
— Я в порядке! — кричит она оттуда.
Лексу приходится возвратить меня в кресло, и пока я выполняю очень сложную задачу по удерживанию себя от скатывания вниз по лестнице (мне очень хочется, но Лекс жестко запретил), мой друг где-то укладывает Маргарету. Потом он снова подхватывает меня и уносит домой. Пока он идет туда, так плавно и равномерно, мои глаза закрываются, и я сладко засыпаю.
— Что с ней? — слышу я жесткий мужественный голос Редженса, прорывающийся сквозь сладкую дремоту. Он представляется мне с голым торсом и с длинными развивающимися волосами, как на обложке наиболее удавшейся книги Маргареты, которую та мне дала. Где она кстати? Книжка?
— Боец пал в битве за твое очередное повышение, — слышу голос Лекса, но так и не могу разлепить глаза. Возможно, я все еще сплю. Меня покачивает в теплой лодочке.
— Я все выяснила, — удается промямлить мне.
— А вспомнить сможешь? — голос Редженса проявляет немотивированный скепсис.
— Посмотрим, — я утыкаюсь носом в его плечо. В плечо Редженса, я чувствую его запах.
Глава 12
Запах моего шинарда — последнее, что я помню до того, как провалилась в глубокий сладкий сон. А вот после него я просыпаюсь резко и с отвращением. Меня ужасно тошнит, а голова раскалывается на части. Кажется, что абсолютно каждая клеточка моего тела отравлена и посылает сигнал бедствия в мозг, который, не зная, что делать, отчаянно паникует.
Я лежу на животе в своем спальном модуле. В лицо, повернутое к двери, свет не бьет, но верхнее освещение все еще включено, я вижу. Прямые лучи заслоняет от меня пластиковый тазик. Я резко сажусь на матрасе, от чего меня едва не выворачивает наизнанку, благо тазик рядом. Коленка нащупывает кирпичик приторно малиновой книги рядом со мной.
Вчера я выяснила что-то важное, но не помню что.
Посмотрев время на планшете, узнаю, что сейчас только пять часов вечера. Прежде всего, иду в душ, и прохладная вода приводит меня в относительный порядок. Таблетка обезболивающего приводит меня в полный порядок.
Но я по-прежнему не помню, что я выяснила. Хотя, конечно, вчера по пьяной лавочке мне могло только показаться, что я выяснила что-то важное, а на самом деле, это могла быть и какая-то ерунда.
Ладно, теперь можно и почитать. Беру книгу Маргареты, открываю на первой странице, нюхаю ароматизированную закладку и проваливаюсь в повествование. Сюжет может и незатейлив, но затягивает. Юная, милая и невинная девушка Мавар оканчивает школу и поступает в обслуживающую гильдию. Мавар трудолюбива и безотказна, поэтому ею затыкают все дыры и поручают все поручения, и в ходе одного из них на нее кладет глаз член Совета Союза гильдий от производственной гильдии Куват — как редкое исключение молодой и красивый. Я имею в виду, что обычно членам Совета все-таки за шестьдесят. Сначала он проявляет себя довольно мерзко по отношению к ней, затем же раскрывается как страдающий глубоко внутри, добрый и честный человек.
Ну не мило ли?
Откладываю книгу, случайно еще раз взглянув на время. Интересно, сколько девушек увидели в Мавар себя? Я вот чуть-чуть увидела, правда все же не питаю иллюзий по поводу того, что на меня может положить глаз хоть кто-то, тем более статусный красавчик. Ну да, Морис вот положил, но у него были свои резоны. Тем не менее, книга воодушевляет меня, и на этом душевном подъеме иду покупать нашим что-нибудь вкусненькое на поздний ужин. Покупаю что-то приятно пахнущее с сыром и несколько видов чая. Дома смешиваю их, и получается неожиданно здорово. Разогреваю блюдо, завариваю ароматный напиток, на сей раз все выходитидеально и что в итоге? В итоге никто к обычному времени не является!
Подключившись через планшет к домашней сети, выуживаю оттуда расписания всех наших. Но они же должны прийти вот прямо сейчас!
Вот уже полчаса прошло.
Вот уже час как все должны быть здесь!
Да что ж такое!
Первыми приходят Лекс и Ристика и сами не знают, где они так задержались. С одним поговорить, другому что-то передать, вот уже и к ночи время близится. Затем заваливаются наши шинарды, хмурые и недовольные. А за ними целое войско! Четверо из группы Редженса и семеро из группы Кейна.
— Мышь, этим… — Кейн разводит руками, показывая кому именно, — негде жить.
— Произошла авария и во всем их блоке отключилось электричество, — объясняет для меня Редженс. — Они переночуют у нас. Постели в гостевых спальнях и перестели у меня.
Пока я бегаю с простынями, в гостиной идет живое обсуждение схемы распределения по спальням, которых всего-то по четыре в каждых апартаментах. Сейчас этого кажется мало.
В группе Редженса одна девушка — Кейт, и три парня, в группе Кейна пять парней и две девушки. В итоге, как я успеваю подслушать, с трудом, но было решено, что к Редженсу командируется Мин и Ристика, а сам Редженс переезжает ко мне. Ну и еще Лексу придется провести ночь с Кейном, потому что все кроме нас с Редженсом делятся на пары мальчик-мальчик, девочка-девочка, хотя были и другие предложения.
Отнеся свои вещи в комнаты, ребята с нашей стороны рассаживаются на диванах в гостиной, не зная, чем можно занять себя дальше, будучи на территории своего начальника. Редженс подкрадывается к ним сзади и в самый неожиданный момент предлагает посмотреть телевизор. Только Мин ходит по комнатам, сам себе устроив экскурсию.
— Вот же как офицеры устроились, — завистливо говорит он мне. — Мне такое никогда не светит! Наверняка буду вечно прозябать в двухкомнатной коморке.
— Ты работаешь всего несколько дней, — напоминаю ему почти сердито.
— Кейн наверняка уничтожит мою карьеру, — выплевывает Мин.
Я чуть не говорю ему, что он и сам с этим справится, но вовремя прикусываю язык.
— Чаю? — предлагаю я вместо этого.
— Нет, я уже сегодня нахлебался.
Иду посмотреть, что творится у Кейна. А там ничего интересного не творится. Все ребята засели по выделенным им комнатам и носа оттуда показать боятся. Кейн смотрит телевизор в гостиной в обнимку с Ристикой. Лекс пытается быстренько изучить электротехнику.
— Чаю? — предлагаю я.
— Я сварила горячий шоколад из пакетиков, — говорит Ристика.
Ррррр, никто не хочет мой чай!
— Кто мне ногти подстрижет? — неожиданно Кейн обнаруживает, что ногти на его лапищах слишком сильно отросли.
— У меня маникюр еще не просох, — быстро отвечает Ристика, вытягивая руки с ухоженными, накрашенными лиловым лаком ноготочками. Дело в том, что стричь что-либо Кейну это еще то наказание!