— Приветствую снова, — говорит она, — как хорошо, что мы уже успели познакомиться! Ты ведь не пустила бы в дом полную незнакомку. Как мне Редженс рассказывал, ты очень осторожная — ну и правильно! А я вот люблю риск и иногда сама себе удивляюсь! Редженсу все время приходится вытаскивать меня из всяких передряг, и он мне все время ставит тебя в пример, знаешь? Вот Вета никогда бы такого не выкинула…
Пия продолжает болтать что-то в этом роде, и у меня возникает неприятное ощущение, что она, хм, она что, пытается меня обмануть? Она лжет во всем или только вот в этих деталях? Может, она просто увлеклась, в силу вот такого вот своего характера, и теперь несет какую-то чушь ненамеренно?
— Ой, прости, я опять заболталась, — одергивает Пия сама себя к моему облегчению. Но не долгому. — Проводи меня в спальню Редженса, у меня для него небольшой приятный сюрпризик! — она качает пакетом, который держит в руках. — Мне понадобится немного твоей помощи.
Пия пытается войти, но я преграждаю ей путь, уперевшись рукой в дверной косяк.
— Извини, но у Редженса жесткое правило — никого не пускать без его разрешения. А он даже не говорил мне о тебе.
— Понимаю, — качает головой Пия. — Ты немножко ревнуешь, да? Это ничего, естественное чувство.
Да, она меня немножко раскусила, но только лишь из ревности я бы не стала ей препятствовать, не считая себя в праве это делать. Редженс действительно не любит пускать кого-то в свое жизненное пространство (его подопечные молодые стражи не в счет — он несет за них ответственность, так что с этим он смирился). Так что даже если Пия и вправду близка с моим шинардом, он рассердится на меня, если я впущу ее без его ведома и разрешения. Надеюсь, я правильно понимаю ситуацию. Я почти уверена, что правильно. Почти. Поэтому выгляжу неуверенно.
Пия со всепрощающей, понимающей улыбкой пытается проскочить под моей рукой, но мне удается пресечь этот маневр, выдвинув в эту сторону ногу.
— Извини! — прошу прощения, случайно пнув ее пакет. Внутри что-то мягкое.
И вдруг я вижу подходящего Редженса! Выглядит он реально страшно! Мимикой он как обычно не сильно выдает свои эмоции, но все равно чувствуется, что он чертовски зол. У меня ноги подкашиваются, так как в первую секунду я принимаю его ярость на свой счет. Но подскочив к Пии, он хватает ее за одежду и буквально оттаскивает от двери.
— О, Редженс! Зачем ты так?! — взвизгивает Пия. Упав на пол, она поворачивает к нему удивленное испуганное лицо. — Я хотела устроить тебе сюрприз!
— Довольно сюрпризов. Никогда сюда больше не приходи, — рявкает Редженс.
— Но, когда ты на работе, ты тоже не разрешаешь мне к себе подходить! Когда же мы будем вместе? — Все еще стоя на коленях, девушка делает движение к нему.
И тут в руке Редженса вдруг появляется плеть. Он замахивается, Пия, отпрянув, отворачивается и закрывает лицо ладонью. Я жду, что он, просто припугнув ее, сейчас опустит плеть, но он протягивает несчастную девушку плетью по спине. Пия кричит и с рыданием пытается уползти. Редженс опускает плеть и делает шаг назад, наблюдает, как та в слезах уходит.
Я в ступоре. Редженс проходит мимо меня и останавливается посреди гостиной.
Закрываю дверь и встаю подле него. Мне хочется объяснений, но у меня голос пропал от испуга и по моему шинарду видно, что он еще не успокоился.
— Ты уже поняла, что ее нельзя сюда пускать? — спрашивает Редженс секунд через десять.
— Да, — неслышно подтверждаю я.
— У этой девки мания. Она считает, что у нас с ней отношения и переубедить ее невозможно, — поясняет Редженс. Я киваю, как будто эта фраза все объясняет. — Один раз с ней переспал! Один! — рычит мой шинард.
И тут в помещение влетает чем-то довольный Кейн.
— У меня отличная новость! — орет он и сгребает меня в охапку. — У Кирилла самая отстойная группа! — Он кружит меня по гостиной, потом закидывает на плечо и снова кружит. Его плечо больно врезается в мой живот, но вообще забавно! — Они его так довели, что он… — Кейн опускает меня на пол, и несколько секунд кажется, что мир кружится вокруг меня. А теперь вокруг дивана, на который я упала! — Кирилл сам починил проводку. По книжке. Просто взял и починил. А потом мы вместе подвесили нашего электрика над пропастью! Думаю, это придаст ему скорости в следующий раз! Так что молодняк больше у нас не ночует. Есть что-нибудь пожрать?
Поскольку этой ночью мы с Редженсом снова остались одни, он пошел спать к себе (конечно после того как в комнате и запаха чужеродного не осталось, так я все выдраила). А я соответственно к себе. На матрас в своем модуле я кладу Счастливчика и Потапа, но все равно чувствую пустоту. Грустно, тем не менее, засыпаю я быстро. А просыпаюсь от чужого прикосновения.
Очень странно и страшно. Не двигаюсь, вглядываясь в темноту, прислушиваюсь, но ни шороха, ни дыхания не слышно. Никакого самого слабого дуновения воздуха. Ощущение, что рядом с модулем никого нет. Возможно, прикосновение мне просто приснилось. Я тяну руку, чтобы нащупать выключатель света в модуле, чтобы узнать наверняка.
И тут меня снова что-то касается, более того начинает резво ползти по моей голой ноге! Теперь уже в ужасе я врубаю свет и вижу на себе огромное волосатое чудовище!
Ну, хорошо. Это паук размером с мой кулак. Содрогнувшись и телом, и душой, я спихиваю с себя косматого монстра и вылетаю из модуля. Гляжу, как испуганное чудище забивается под Счастливчика.
Так. Наверняка это один из питомцев Кейна, которого вполне возможно, я почти уверена, он притащил сюда специально, а значит, он безвреден. Ну, сейчас я ему как-нибудь отомщу! И за себя, и за Ристику с многоножкой и за Лекса с крокодилом!
Сбегав на кухню, осторожно заглядывая за каждый угол, ожидая увидеть там давящегося смехом Кейна, я притаскиваю в комнату большой мерный стакан, ловлю в него паука и закрываю его сверху книжкой. Теперь можно идти мстить!
Поставив свет фонаря на самый минимум, осторожно перехожу по галерее, соединяющей апартаменты двух офицеров, на другую сторону и на цыпочках иду к комнате Кейна. Пока все тихо. Дверь туда стоит открытой. Прежде чем подобраться к его спальному модулю, едва дыша, осматриваю саму комнату, чтобы не нарваться на какой-нибудь сюрприз. Здесь творится настоящий хаос, какие-то фиговины свисают с потолка — в общем, ничего подозрительного.
Кейн лежит на животе глубоко в модуле, лицом к его задней стенке. Вроде бы даже спит. Оставляю фонарик так, что еле-еле могу что-то разглядеть, зато свет от него не должен разбудить мою жертву. На вытянутых руках держу мерный стакан с пауком, подхожу вплотную к модулю, но тут замечаю, что в изголовье постели внутри модуля к его поверхности прикручены наручники. Для каких-то сексуальных игр не иначе. Я не удивлена. Поставив стакан, осторожно зацепляю одним из наручников лежащую ближе ко мне руку Кейна. Тихий щелчок. Так, теперь можно чувствовать себя уверенней. Хотя уже сейчас, признаться, я понимаю, что моя авантюра просто убийственна, но не могу остановиться.
Теперь я снимаю книжку со стакана и стараюсь вытряхнуть паука на голую спину Кейна. Умное членистоногое противится этому, как может. Мне приходится взять паучка (это я его так ласково сейчас называю, потому что держу это чудовище в руке), встать коленом на матрас и…
Кейн к кошачьей грацией, зараза такая, подскакивает на матрасе, оборачиваясь, и свободной рукой сграбастав меня, валит на постель, подминает под себя. Не знаю, куда улетает паук, но кажется, это он радостно кричит уи-и-и… Еще бы, он то свободен пока.
Кейн, навалившись сверху, проделывает какую-то манипуляцию с наручником, скидывает со своего запястья браслет и защелкивает на моем.
— Я знал, что ты когда-нибудь сама ко мне придешь, — шипит Кейн, задирая на мне ночную рубашку.
Ой, как неловко!
— Нет, я только паука твоего принесла! — выговариваю я, ерзая всем телом. Склонившись, Кейн то целует, то кусает мою кожу под рубашкой, спускаясь все ниже.