Оба захохотали, Джим крутил баранку, делая ловкие манёвры по дорогам оживлённого города, по рации, закреплённой на приборной панели были слышны переговоры других патрулей.
- А знаешь, отличаются всё-таки азиаты от нас в кухне, - продолжал Джим, - Слышал что-нибудь про саннакчи?
- Это одна из услуг гейш?, - спросил Рэй
- Не-а… Блюдо из живого осьминога. Едят сразу и быстро жуют, дабы тот не присосался к нёбу и не перекрыл дыхательные пути… мерзость ещё та.
В машине повисла тишина некоторое мгновение, были слышны лишь щелчки при переключении скоростей на коробке передач Джимом.
- А я бы сейчас цукатов навернул, - наконец сказал Рэй.
Автомобиль заехал в квартал с одноэтажными домами и приблизился к краю обочины, остановившись напротив деревянного дома с зашторенными окнами. Дом выглядел старым, но ухоженным – рядом была лужайка с полевыми цветами, у поместья было чисто и убрано, около порога лежал коврик с надписью «Welcome».
- Похоже, что мы на месте, - сказал Рэй, доедая последнее блюдо, - Ты когда со своего Сянгана вернулся-то?
- В прошлый четверг, а что?
- Значит ещё не освоился на родных местах, ну ничего – это пройдёт, - ответил Рэй, открывая дверь машины, - Не забудь запереть.
Оба вышли из авто, направляясь к двери деревянного дома, который был не огорожен ни забором, ни изгородью, а просто стоял у проезжей части на некотором расстоянии. Подойдя к двери, Рэй занёс палец над кнопкой звонка в дверь, от которой проводка вела в отверстие над ней, но остановившись, обернулся к своему напарнику и спросил:
- Ты взял всё, что нужно?
- Да, всё при мне, можешь звонить, - ответил Джим, держа в руке полупустой стаканчик с колой.
Рэй позвонил в звонок на двери три коротких раза, и по ту сторону послышались шаги. Оба достали полицейские удостоверения и приготовили их к показу в открытом виде.
- Полиция, открывайте!, - выкрикнул Джим.
За дверью послышался звон щеколды, после которого она отворилась и на пороге показался невысокий худой парень с гладко выбритой головой и синяками под глазами. Он был одет в чёрно-белую фланелевую рубашку, спортивные штаны и тапки, на руке был браслет в виде цепи.
- З-здравствуйте… Ч-ч-что вам нужно?, - сказал хозяин дома высоким, тонким голосом.
- Я офицер полиции Пенбертон, а это мой коллега – сержант Донновитц, - сказал Рэй, - Вы что-нибудь слышали о серии убийств, которые произошли в вашем квартале?
- Да, об этом весь город трещит…, - ответил парень, почёсывая плечо.
- Мы расследуем это дело, вы можете дать нам показания на бумаге как местный житель?
- Д-да, конечно.
- Можем ли мы пройти внутрь, мистер… эээ?
Хозяин дома с подозрением взглянул на стоящих перед ним крепких мужчин, после паузы, ответив:
- Торн… Джэреми, можете войти, - после этих слов он обернулся на 180 градусов и удалился по коридору вглубь дома.
- Благодарю, мистер Торн, - ответил Рэй и кивком указал Джиму идти за ним, устремившись за парнем.
Внутри дом был небольшой: короткий коридор с тумбочкой вёл через пендельтюр в зал с двумя зашторенными окнами, сквозь которые пробивался тусклый свет, но его было вполне достаточно для освещения. Зал был оборудован раскладным диваном, обитым дерматином, напротив которого на полу стоял старенький телевизор, показывающий в данный момент не менее старый вестерн в чёрно-белом качестве. В углу стоял небольшой деревянный комод. На стене висела картина, изображающая индейца в головном уборе с перьями, стоящего на фоне горного пейзажа. На полу у телевизора лежала коробка с пиццей, бутылка с колой и три пластиковых стаканчика.
Кроме того, на полу лежали пузырьки с лекарствами. Это были несколько ампул «Демакот», таблетки с карбонатом лития «Эскалит» и «Топамакс».
- Проходите, может сесть на диван, - сказал Торн, входя в зал
- Интересная картина… это Родригес?, - спросил Джим, входя за Реем вслед в комнату.
Войдя в комнату, они увидели ещё одного парня, который сидел на диване и читал газету, но при виде посторонних, встал с места и кивнул им головой в знак приветствия.