- Что ж, сын мой, это будет тебе уроком на будущее, теперь ты видишь, какой вред приносит алкоголь мирским людям. Извинись сегодня перед женой, сделай ей подарок от чистого сердца, и больше так не поступай.
В подобном ключе проходили беседы между настоятелем и приходскими. Буквально каждый день, местный синод выделял время для выслушивания всех людей. Это была необходимая мера, ведь знающий человек понимает, как важно иметь рядом человека, которому можешь открыть душу.
Одной из таких прихожанок была Мэй, она вышла из храма и направилась за ворота. На входе её уже ждала Лилит.
- Ну чё, идём?, - протянула Лилит, жуя жвачку.
- Да, - ответила Мэй.
Лилит была шатенкой среднего роста и спортивного телосложения с достаточно вспыльчивым характером. Они с Мэй учились в одной школе, и, не смотря на противоположные характеры, были лучшими подругами. В школе она старалась сдерживать свой нрав и не говорить лишнего, но по собственному признанию, в доме не ладит с отцом. Увлекается игрой на гитаре и фитнесом. Мечтает выступать солисткой на сцене в пабе рокеров, в котором часто зависает с лучшей подругой. Ко всему прочему, она является дочерью шерифа Хантера.
Девушки направились по улице.
- Ну и скукотень, зачем ты сюда вообще ходишь?, - спросила Лилит.
- Я считаю, что это необходимо, - ответила Мэй.
- А я вот завтра с Майком гулять иду – он меня на свидание пригласил.
- Круто, всё таки решился?
- Ага. Папе скажу, что на выставку пошла, он мне запретил гулять три дня за то, что я нашей классной нахамила, но она сама виновата, дура…
- Слушай, ты поаккуратнее там, хорошо?
- Не волнуйся, Мэй, всё будет окей, - улыбнулась Лилит.
Спустя двести метров ходьбы по улице, девушки остановились возле дома Лилит.
- Ну ладно, созвонимся, хорошо погуляли сегодня.
- Пока.
Попрощавшись с подругой, Лилит вошла в дом, где её уже ждал отец.
- Где была?, - спросил тот.
- В музей ходила, а завтра выставка будет, можно сходить?, - с иронией спросила Лилит, жуя жвачку.
- На выставку говоришь?, - шериф Хантер посмотрел в глаза дочери, - Ну сходи, и не дай бог ты вернёшься позже девяти вечера.
- Ага, пап, спокойной ночи, - сказала Лилит и отправилась на второй этаж к себе в комнату, хлопнув дверью.
Глава 4. Злополучный переулок
Личный седан марки «Ford» цвета мокрого асфальта Франклина Хантера повернул с кольцевой дороги на центральный бульвар города. Шериф ехал на третьей скорости, изредка добавляя газ, иногда смотрел в боковое зеркало заднего вида. Его автомобиль, несмотря на почтенный год выпуска, был в практически идеальном состоянии: прагматичный представительский седан был помыт и блестел на солнце, переливаясь различными оттенками на лобовом стекле. Стёкла были покрыты антитермальной тонировкой Литые диски были начищены. Внутри автомобиля было также чисто: на кожаном сидении сзади лежала папка с документами и бутылка с минеральной водой, на потолке была алькантара. Хантер держал одну руку на руле, слегка подправляя траекторию движения авто, другую руку он держал на рычаге коробки передач, переключая скорости. Проехав перекрёсток с декоративными пальмами на лужайке сбоку, Франклин проехал ещё двести метров и аккуратно прижался к обочине. Он потянулся правой рукой к папке, что лежала на заднем сидении, и, взяв её, достал ключ от зажигания и вышел из автомобиля, попутно закрыв дверь. Полицейский направился в сторону близлежащего переулка, который находился между пятиэтажными зданиями. В переулке, помимо зелёных контейнеров для мусора, была большая группа людей, в которые входили как люди в штатском, таки люди в полицейской форме. Зайдя в переулок, Хантер тут же отправился к этой плеяде людей.
- Здравствуйте, сэр, - сказал шерифу сотрудник полиции, протянув руку для приветствия, - Вы как раз вовремя
- Здравствуй, Нельсон, - ответил Хантер, пожав тому руку и сняв солнцезащитные очки, - Что тут?
- Парень… Уже третий случай за месяц. Мы…
- Гомеоскопию провели?, - оборвал того шериф
- Да, отчёт у сержанта. Ещё на стене мы нашли свежую надпись краской с цифрами. Думаем пришить к трасологическим уликам.
- Я разберусь, - ответил шериф и повернулся к месту преступления
Часть этого узкого переулка была огорожена желтой лентой с двух сторон, тянувшейся от одной стенки к другой по ширине переулка, словно нить Ариадны, образуя, тем самым квадрат. По центру этого квадрата находилось тело мужчины, который был одет в красную рубашку. Подойдя ближе, шериф, приподнял желтую ленту и проскочил под ней, оказавшись у самого тела. В спине убитого виднелись три раны одинакового размера, находившиеся на приблизительно одинаковом расстоянии друг от друга. Вокруг ран были успевшие засохнуть струйки алой крови, которые залили рубашку от воротника до подола. Тело лежало ближе к стене, на которой зелёным цветом было начертано «18:22». Шериф подошёл к телу, и, присев, взглянул на раны, затем он осмотрел голову и корпус мёртвого. Спустя минуту к Хантеру подошёл судмедэксперт, сказав: