- Скажи, Римм, ты веришь ли мне самой?
- Наверное, да.
- Наверное? То есть ты полагаешь, что я способна на ложь?
- В определённых ситуациях - да.
Он удивился, насколько легко обвинил другого человека в недостойном поведении, и удивился ещё более, когда понял, что не испытывает вины.
- Ты прав. Я способна лгать, если это помогает выполнить поставленную задачу. Пусть это и неприятно - но я могу. Но сейчас - сейчас я говорю с тобой совершенно искренне. Я, астрокоммандер Ауры Кинан Атэрэнсис, утверждаю, что мы по-прежнему удерживаем существенную вероятность одержать победу.
Их взгляды встретились.
- И один из компонентов этой победы - ты. Не очень большой. Не самый важный. Однако я, как видишь, не считаю возможным подвергнуть тебя спецобработке. Я хочу, чтобы ты осознанно и решительно стремился к цели и вёл за собой других.
- Но почему...
- Этот вопрос - основной недостаток твоей личности, - раздражённо прервала его Кинан. - Почему ты? Потому что можешь. Этого мало? Я стала астрокоммандером, потому что могла. Виндик стал актором, потому что мог. Чем ты хуже?
- Я бы мог огласить целый список...
- Целый список твоих страхов и фобий? Комплексов и проблем? Считай, что я предала его огню. Остался пепел, унесённый холодным ветром. Ты свободен, Римм - моим желанием и моим велением. Ну как? Ты утешен и вдохновлён?
- Я бы сказал - разгромлен и капитулировал.
- Неисправимый пораженец и нытик.
- Что ж, если вас устраивает пораженец и нытик на должности коммандера флота - я готов приложить свои силы к общей победе.
- Уверовал?
Он выразительно скривился.
- Нет. Меня подвергли спецобработке. Кстати, а на каком факультете готовят астрокоммандеров? - спросил Римм самым невинным тоном. Спросил в робкой попытке приоткрыть завесу тайны в тот момент, когда чужая броня казалась чуть менее прочной, чем обычно.
Кинан удостоила его пристального взгляда. Прищурилась. Почесала нос.
Быть не может, - промелькнуло в голове заполошно. Она - в замешательстве?..
- Вопросы у тебя, юноша!..
- Хорошие?
Замаскировать наглостью испуг от собственной смелости - хороший тактический ход, коммандер флота! Жаль, Чужие такую хитрость вряд ли оценят...
- Даже слишком.
- Рад стараться.
Она фыркнула.
- Что, думаешь, ты в безопасности и можно поиграть с начальством в его игру? А ведь я жестокий демон, если ты ещё не забыл. Знаешь, что такое жестокий демон?
В следующую секунду Римм узнал - и шок откровения не оставлял его на протяжении всей недели. Член ЭПГ. Астрокоммандер. Огненная Кинан Атэрэнсис.
Придавила его к постели и беспощадно щекотала минуты три.
И уже от дверей кинула так и не пришедшему в себя Римму:
- Мы сами назначаем себе преемников. Догадываешься, чем это грозит одному унылому юноше?
***
- Ты обещал мне торт.
Недовольный тон, наморщенный нос и пытливый взгляд - что у тебя внутри, Римм Винтерблайт? О чём ты думаешь, что ты чувствуешь, что ответишь?
- Я помню. Прости, но я не знал, что подарив звание, у меня заодно отнимут всё свободное время.
- Тогда я подожду. Только не очень долго. Ведь в другой раз исчезнуть можем и мы, - неожиданно мрачно закончила Шейд.
Они вошли в конференц-зал, на мгновение задержавшись у дверей, чтобы оглядеться. Здесь было людно - три с половиной сотни солдат, единственная армия Ауры. Ряды полны знакомых и незнакомых лиц, запятнанных беспокойством, горечью, даже страхом. Первый настоящий бой стёр с экзекуторов позолоту, оставив обычных людей, волей случая оказавшихся на острие удара, и не все, далеко не все сохранили былую решимость, осознав своё положение.
Уколовшись о пустоту, зияющую в сразу в двух парах глаз, Римм быстро отвёл взгляд. Валькирии, "Близняшки Вергоффена", как привык он их звать про себя, сидели чуть в стороне от уцелевшего состава Первой эскадры, и никто не дерзнул занять места рядом с ними. Да и все, кто побывал уже в бою, сгруппировались отдельно от двух свежих, не понёсших ещё потерь подразделений, и граница между ними была физически ощутима.
Обмен приветствиями получился краток и скомкан. Никто не шутил, а разговоры угасали, едва начавшись. Варрес вполголоса поздравил Римма со званием коммандера, но вид при этом имел сочувственный и угрюмый.
- Ты теперь вместо Вергоффена? - толкнул кто-то в спину. - Тебе что-нибудь рассказали?
- Не трогайте его, он в унынии.
- Юлька, не тебя спрашивают!
- Отставить разговоры, товарищи, - Римм обернулся, пытаясь имитировать интонации сержантов, и попал в перекрестье взглядов, ещё не колючих, но уже теряющих былое тепло. Неужели это и есть - лица солдат? Вот это, в пене чёрных кудряшек, или это, со стремительным разлётом бровей? Не робей, коммандер. Они ждут, что ты будешь твёрд - как был твёрд до самого конца твой предшественник.