- Готовность, - скрипнул в ушах голос Штраубе.
Все значки личного состава в информационном поле Римма горели зелёным цветом.
- Готовность подтверждаю, - отозвался он в тон наставнику. - Первая эскадра к выбросу готова.
- Старт, - сказал Штраубе и отключился.
Внутренности брони плотно обхватили свою хрупкую ношу, и в следующий момент ускорение попыталось превратить Римма в раздавленный кусок мяса. Одна за другой пять автоплатформ, выброшенные электромагнитными катапультами, промчались по направляющим и вырвались на волю, под осенние небеса Биома. Не было нужды даже поворачивать голову: послушный воле хозяина "Кокон", подключившись к системам наблюдения своего транспорта, показал исполинскую стену, медленно тающую под покрывалом голографической иллюзии.
- Мы рождены, чтоб сказку сделать пылью, преодолеть старинный приговор, - напел Римм по эскадренной связи, кривя губы в непрошеной улыбке.
- Нам актор дал орудия насилья, - отозвался первый голос.
- А вместо сердца - острых нейрошпор! - подхватили экзекуторы издевательскую песню.
- Всё выше, и выше, и выше
Накал социальных страстей,
Гражданский совет злобой пышет
Но мы посмеёмся над ней!
Песня оборвалась на половине - платформы достигли района выброса, и пятьдесят экзекуторов низринулись прямо к черепичным крышам Регианы. Желудок Римма на мгновение возмутился столь бесцеремонным обращением, но внутренняя техносеть тут же подавила мятеж, позволив хозяину насладиться кратким мигом падения. Выброс был рассчитан предельно точно: чёрные бомбы "Коконов" снесло к самой границе города и они, гася скорость импульсами навесных двигателей, длинной цепью приземлялись на полосе меж домами и Экопарком. Мелькнула перед глазами стремительно приближающаяся земля, укрытая пёстрым ковром листвы, и мощный удар возвестил об окончании высадки. Мобильная оболочка упала на колени, смягчая толчок.
Четыре минуты. Действуй.
На карте - россыпь точек. Люди, которые саботируют приказ об эвакуации. Люди, которых нужно любой ценой загнать в убежище, потому что где-то наверху, отмеряя секунды, ждёт автоматизированная бригада боевой техники. Ждёт, связанная нерушимой догмой: ни одно автономное техническое средство не может причинить вред либо создать угрозу причинения вреда человеку. Пока "Свободная Аура" наверху, техника не сможет занять отведённые ей позиции.
Экзекуторы не нуждались в голосовых командах. Римм усилием воли сконфигурировал цепь и тут же отдал приказ на движение. Ближайшие цели располагались в сотне метров - на крышах домов и в щелях опустевших улиц. Трое пребывали внутри выключенного кафе, ещё один - забрался на дерево. Всех надо обработать в один проход - времени гоняться за убегающими уже не будет.
- Говорит Арфа-1. Работаем. В переговоры не вступать, не мешкать, не церемониться.
Длинным пологим прыжком рванулась вперёд мобильная оболочка. Управлять ей было легче, чем собственным телом - там, где оно могло подвести, не справиться, оступиться, "Кокон" выполнял команды мозга идеально - и от этого совершенства захватывало дух. Если астроморф соперничал с Риммом за его собственное сознание, то броня оставалась всего лишь телом - послушным и готовым исполнить любую прихоть.
Ещё один прыжок - оттолкнуться, легко-легко, взмыть на несколько метров в воздух, наслаждаясь свободой каждого движения. Под ногами уже не пружинящая земля, там каменная плитка самого тихого и уютного из районов города, а значит - первая цель совсем рядом. "Кокон" на долю секунды замер перед белым двухэтажным домиком - почти игрушечным из-за изменившегося масштаба восприятия. Перед глазами Римма возникла трёхмерная модель окружающего пространства, любезно сгенерированная информационным окружением "Ауры". Третий прыжок - вслепую, с места на крышу. Стена дома дёрнулась вниз, мелькнуло окно комнаты с забытым на столе квадратным котом, расплескалась под тяжестью брони черепица - впереди открылась панорама крыш, и взгляд, откорректированный автоматикой, тут же уцепился за человеческую фигурку, стоящую рядом с кованым флюгером.
Римм не без оснований считал себя вполне ловким и подвижным, но вряд ли решился бы на такое в собственном биологическом теле. В "Коконе" сомнений не оставалось. Он пробежал по коньку крыши, хрустя черепичными осколками, не задумываясь перепрыгнул узкую улицу, и, разворачиваясь в полёте, боком приземлился прямо на скат крыши, облюбованной нарушителем. У члена "Свободной Ауры" не осталось времени на раздумья: жёсткая чёрная лапа сграбастала его, прижав к корпусу, а экзекутор уже стремился дальше, туда, где тактическая реальность указывала на ближайшую кабину аварийной эвакуации. Тут же стала ощущаться скованность движений: необходимость оберегать живой груз и невозможность пользоваться одной из рук убавила броне резвости и устойчивости.