— Со мной? — приоткрылись от удивления ее пухлые губы.
— Да, — твердо ответил он, — ну и Бондом, конечно. Пойдем? Надеюсь, они не сильно здесь все истоптали.
— Пошли, — чувствуя, как снова начинают розоветь ее уши, прошептала она.
Вокруг царила необъяснимая тишина. Там, на болоте тоже было тихо. И это казалось естественным. Однако здесь, в лесу, девушка ожидала услышать щебетание птиц или, по крайней мере, стрекот суетливых сорок.
Возможно, обычно так и было, но сегодня все живое затихло и настороженно наблюдало за ними сквозь пышные дубовые кроны.
— Красиво тут, — обвела Диана рукой широкую поляну. — Только как-то чересчур тихо. Даже не по себе.
— Может, перед дождем? — кивнул Артем на облака, ползущие с востока.
Диана ничего не ответила, рассматривая низенькие широкие столы, выложенное камнем место для костра и искусно вырезанную деревянную арку для обручения.
— Это вы сделали? — кивнула она на арку.
— Нет, ты что, — усмехнулся он. — Среди нас резчиков по дереву нет. Она здесь стояла уже. Я, правда, сам не видел, но ребята говорили, что только мусор убрали и камни для костра выложили. Теперь осталось только украсить все. Но Марья Петровна сказала, что это не наша забота.
— А куда идет эта тропинка? — Диана подошла к резной арке и увидела позеленевшие от сырости камни, врытые в землю. Они вились неширокой дорожкой и уводили в глубину дубового леса.
— Не знаю, — заглянул под арку Артем. — Пойдем, посмотрим? Бонд, за мной.
Светлые плоские камни в форме длинных прямоугольников, неровных овалов и треугольников были сосредоточены на близком расстоянии друг от друга и в самом деле походили на каменную дорожку. Белея в просветах между зелеными пятнами мха, они словно приглашали их следовать за собой.
Артем взял за руку нерешительно топтавшуюся под аркой девушку и повел за собой. Вскоре над их головами снова сомкнулись пышные кроны старых деревьев, заслоняя своей тенью пробивающееся сквозь облачные просветы солнце.
— Может, не пойдем? — испуганно оглянулась вокруг Диана. — Мне как-то не по себе.
— Боишься? — озабоченно заглянул он в ее лицо. — И не любопытно совсем?
— Любопытно, — согласилась Диана, — но страшно.
— Но Бонд же с нами! — кивнул он на проскользнувшую мимо длинношёрстую тень. — Он предупредит, если что унюхает.
— Правда? — боролась с последними сомнениями Диана.
— Конечно, — уверенно улыбнулся Артем, — он меня еще никогда не подводил.
Диана кивнула в знак согласия продолжить путь и храбро шагнула вперед.
Дорожка побежала дальше, увлекая за собой приободрившуюся девушку, которая не сводила глаз с хвоста бегущей впереди собаки. Хвост, как индикатор, сигнализировал ей о том, насколько уверенно чувствовал себя пес. Тропинка окончилась также внезапно, как и началась. Перед ними зиял вход в пещеру. Бонд неуверенно завертелся рядом, оглядываясь на хозяина. Артем подошел ближе и заглянул внутрь. Его глазам предстал просторный светлый зал с круглым каменным колодцем посередине. Сквозь отверстия в потолке пещеру заливали щедрые потоки солнца.
— Там симпатично, — обернулся Артем, сверкая любопытными глазами. — Зайдем? А потом назад. А то, наверное, заждались уже обеда, бедняги.
— Хорошо, — улыбнулась она и вошла следом.
В пещере было очень красиво. В углах стояли какие-то изящные фигуры из светлого камня. Каждая держала в руке что-то вроде толстой свечи, но они не стали тратить время на детальный осмотр и одновременно шагнули к колодцу.
Каменный оголовок колодца бы прикрыт чем-то темным, напоминающим ткань. Бонд кинулся вперед и вцепился черную, стоявшую колом тряпку, сдергивая ее вниз.
Диана нерешительно подошла ближе и заглянула внутрь. Сквозь толстые мохнатые нити похожие на паутину, сверкнули десятки крошечных красных глаз. На глубине что-то зашелестело и недовольно заворочалось.
— Что там? — спросил Артем.
— Бежим! — хватая Бонда за ошейник, пискнула она.
Они неслись по каменной дорожке, а за спиной, рассерженно хлопая крыльями, метались в потемневшем воздухе стаи летучих мышей. По крайней мере, ей показалось, что это были летучие мыши. Остатки солнечного света утонули в плотной пелене облаков. Диана не помнила, как прыгнула на качающуюся под ногами гать и как бежала, высоко вскидывая ноги. Страх перед топью отступил, вытесняемый страхом неведомого — того, что гналось за ней по пятам. А по голове и тонкой ткани платья хлестал теплый летний ливень.
Глава 15
м
На опустевшем берегу валялись обрывки упаковки и консервные банки. Ветер сметал в общую кучу лоскуты белой ткани, которые использовали в качестве бинтов. Работая с топорами и пилами, сложно не пораниться. Две хрупкие фигуры бродили по песку, подбирая человеческий мусор.