— Ишь как торопились, аж прибрать за собой не успели, — ворчала Рипа, волоча за собой мешок с бренчащими на дне банками.
— Ты же видела, как девчонка перепугалась. На ней лица не было, — успокаивала ее Дарина.
— Ничего, Марьяна сейчас приведет ее в чувство, как до дому доберутся, — хихикнула Рипа. — Что за нежный народ эти современные барышни. Подумаешь, стайку нетопырей встретили, не вурдалаков же.
— Надо бы навестить наглых кровососов, — с ехидной улыбкой кивнула ее подруга на темнеющий вдали остров. — Ребятки славный мостик сколотили. Теперь ни одному дохлятику от нас не укрыться.
— Может, на берегу приберем сначала? — укоризненно посмотрела на нее Рипа. — Или неймется?
— Потерплю, — сложив губки бантиком, ответила рыжеволосая ведьма. — У тебя огневица осталась?
— Нет, только порошок плакучего вихревика, — порылась в своих оскудевших запасах ее напарница.
— Тоже хороший инструмент, — одобрительно кивнула Дарина. — Мы им, как ершиком, колодец-то и почистим.
Она выпрямилась и снова посмотрела на укрытый дубовой рощей остров. Если удастся прочистить скважину, тогда не придется возиться, расставляя повсюду защитные обереги. Все пять дней, которые они провели на берегу, оказались на диво спокойным. После того, как они отбились от главных сил, им не составило труда избавиться от забившейся в щели мелочевки. А потом наступила настороженная тишина. Нежить остерегалась подходить к пади, страшась попасть в лапы к разъярённым ведьмам. Но до острова руки так и не дошли. Но это временно. Сегодня после обеда разъяснилось. Стоит чудесный солнечный полдень. Как раз то, что доктор прописал.
Серые крупинки, развертываясь в пушистые снежинки, летели вниз по бесконечному туннелю. Туда, где притихла, пытаясь спрятаться от синеглазых ведьм, крылатая нежить. Стены колодца обрастали хрупким белоснежным инеем, который тоже ждал своего часа, чтобы осыпаться на дно снежными чешуйками. В огромной каменной трубе начинал тоненько посвистывать ветер. С каждой минутой он крепчал, превращаясь в одиночные восходящие и нисходящие потоки. А те, в свою очередь, сливались в один общий разрушительный вихрь, вычищающий из колодца всю накопившуюся там погань.
— Не слишком ли ты много сыпанула? —отходя от каменного колодца, с беспокойством спросила Дарина.
— Самое то! — сердито тряхнула своими кудрями Рипа. — Чтобы у них все кишки повылазили.
Из круглого отверстия уже рвался на свободу мощный поток воздуха и с завыванием устремлялся к потолку, угрожая унести с собой остатки каменной кровли. Вместе с ветром из колодца выбрасывало обрывки черных кожистых крыльев.
— Гляди-ка! — подняла Рипа одно из крыл. — Вцепились в стены — не отдерешь. Думают крылышками отделаться. Мол, потом новые отрастут. Может, еще им подсыпать?
— Поздно уже, — предостерегающим жестом остановила ее Дарина. — Не лезь, а то сама без рук останешься.
Из горловины колодца с придушенным писком вылетело несколько черных изуродованных нетопырей и шмякнулось под ноги ведьмам.
— Ага, пошел клев, голубчики, — с удовлетворением плюнула на них Рипа. — Сейчас вас еще и поджарит.
Словно в подтверждение ее слов, вслед за вихрем из скважины вырвался долгожданный столб света, ослепительным лучом выжигающий остатки хоронившейся повсюду нежити. Ведьмы охнули, прикрывая глаза руками и торопливо выбегая из пещеры. Нужно дать ярости Светоча утихнуть, и только потом можно будет вернуться обратно. Рипа прислонилась к каменистой стене и притянула к себе подругу.
— У нас получилось, понимаешь, — счастливо шептала, уткнувшись в рыжие волосы. — Светоч набрал достаточно сил, чтобы прорваться через тенёта.
— Да, да, — жарко пожимала ее руки подруга, — Марьяна была права. Как всегда права. Если удастся удержать детей, тогда мы будем спасены.
— А если нет? — встревоженно заглянула в ее глаза Рипа.
— У нее есть план, — успокоила ее Дарина, — нутром чую, что все получится. Надеюсь и Хранителю хватит сияния, чтобы вернуться.
— Вернется, — уверенно сказала Рипа, осторожно заглядывая в пещеру. Черные ошметки на полу превратились в сверкающий золотистый песок. Не осталась и следа от бушующей здесь мгновениями ранее грозы. Лишь ожили огоньки свечей в руках у белокрылых статуй, знаменуя собой возрождение Светоча.
— Нам больше делать тут нечего, — потянула ее от пещеры Дарина. — Пойдем уже домой.
— Пойдем, — согласно кивнула Рипа и как-то сразу съёжилась, снова обретая свой привычный старушечий образ. Вытянув из кармана передника платочек, она повязала им седую голову и, прихрамывая, заторопилась следом за такой же согбенной подружкой.