Лицо старушки резко побледнело, приобретая оттенок толченого мела. Дрожащие губы не сразу смогли выговорить слова, куском черствого хлеба застрявшие в горле.
— Давно? — наконец-то справилась она с охватившим ее ужасом.
— Полчаса как уехал, — испуганно посмотрела на нее Дашка. — Что с вами, баба Маша? Вам плохо?
— К Семену беги, — приказала та. — Пусть седлает коней. Срочно. Поеду я с Трофимом.
— Да, что стряслось-то? — неохотно поднялась из-за стола Дашка. — Он ведь только туда и обратно.
— Обвалы там каждый день, — зыркнула на нее сердитыми глазами Марья Петровна. — Сколько твердить вам, глупым, что нельзя ходить на ту сторону.
Ее губы тряслись, а руки хватали все подряд, сваливая склянки с зельем в бездонную матерчатую сумку. Неизвестно, с чем придется столкнуться. Закинув в рот восковую капсулу, Марья Петровна решительными шагами направилась к калитке, в которую минутами ранее выскочила Дашка.
— Нюта, — ласково посмотрела она на озадаченную девочку. — Во дворе побудь пока. Мама сейчас придет.
— Можно мне с тобой, бабушка? — подбежала к ней черноглазая малышка.
— Нет, маленькая, рано тебе еще в поганые места ходить, — обняла ее старушка. — Оставайся с Бондом. Сейчас тетя Диана из бани выйдет уже.
— Ладно, — не стала спорить послушная Нюта и снова присела рядом с насторожившей уши собакой.
***
Несколькими километрами в стороне от притулившейся на яру деревеньки, по неровному щебенистому полотну крался на тот берег Ельнянки поцарапанный о ветки терновника внедорожник. Георгий внимательно осматривал подобие дороги, местами практически наполовину перегороженной обвалами. «Интересно, а сюда вообще приезжает кто-нибудь? Больше похоже на ослиную тропу, чем на горный серпантин. Надо было пешком прогуляться. Зря он только краску на машине ободрал, пока продирался сюда через заросли, но не бросать же теперь железного коня?»
Проехав еще несколько сотен метров, Георгий понял, что дальше пути нет: прямо перед ним высилась груда увесистых глыб. Лучше развернуть машину и немного погулять по округе, осмотреться.
Мужчина задрал голову, вглядываясь в высившиеся перед ним вершины сопок, укутанные в наползающем из низин вечернем туманом. Надо бы поспешить, чтобы вернуться домой до темноты. Не стоит здесь задерживаться, а то придется выбираться по сумеркам. Учитывая отсутствие нормальной дороги, это попахивает самоубийством.
Заглушив мотор, Георгий легко взбежал на каменистую осыпь, заблокировавшую дорогу. С высоты горного склона он глянул вниз, на другую сторону Ельнянки. Разноцветные домики, как игрушечные коробочки, выстроились перед ним узкими рядами, перемежаясь квадратами зеленых дворов. Где-то в одном из них сейчас сидят Даша с Нютой и ждут его возвращения. Он не заставит их переживать и скоро поедет домой. Данное себе обещание немного успокоило чувство вины, и Георгий осмотрелся по сторонам.
По другую сторону каменной кучи пейзаж уже не казался таким серым и безрадостным. Горный серпантин спускался вниз, разветвляясь на две узкие дороги. Одна бежала вниз, к реке, где к самому берегу подступал мрачный, непроходимый ельник, а другая уходила левее, ныряя в укрытый островками зелени каменистый распадок. На берег он не пойдет, а вот немного прогуляться по другой стороне будет очень даже любопытно.
Рассматривая окрестности, Георгий неторопливо спустился вниз, не забывая смотреть под ноги. Временами дорога, как живая, ехала под его ногами, осыпаясь с обрывистых склонов мелкой каменной пылью. В ночное время тут точно лучше не ходить, если не хочешь ноги переломать. Солнце, приветливо подмигивая, уже скрывалось за вершинами сопок, но еще было достаточно светло. Оставалось не меньше двух часов до наступления сумерек.
Около дороги стали попадаться первые одинокие ели, окруженные зарослями какого-то смутно знакомого растения. Белые, в мелких цветочках, зонтики слегка колыхались на вечернем ветерке, добавляя дополнительное очарование гористому пейзажу. Ему непреодолимо захотелось подойти поближе и рассмотреть загадочное растение. Возможно, он вспомнит его название: его мама часто собирала в горах полезные травы. И букет может хороший получиться для Даши.
Одно из зонтичных росло чуть в стороне от основных зарослей, и он присел на корточки, чтобы получше его рассмотреть. Затем с довольной усмешкой поднялся на ноги. Как же он сразу не догадался? Это же сныть.
Георгий попытался надломить растение, но его одеревенелый стебель оказался неожиданно крепким и не собирался поддаваться с первой попытки.