— Как это цвет поменять? — недоверчиво округлились глаза у Костика, склонившегося над медянкой, чтобы разглядеть ее поближе.
— По моему настроению меняет, — пояснил дед. — Если я спокоен, тогда зеленым светит. Начинаю веселиться — желтым засверкает.
— Дедушка, а ты что, колдун? — с подозрением посмотрел на него Костик.
— Нет, парень, — мотнул тот головой. — Связь у меня просто есть с местными зверушками. Не знаю, как тебе объяснить. Любят они меня.
— Совсем не понятно, — пожаловался Даня.
— Ну и не думай ни о чем, — снова потрепал его по голове дед Макар. — Зачем голову свою ерундой всякой забивать?
— А пусть цвет поменяет, а? — загорелся любопытством Костик. — А потом мы домой. Нас, наверное, ищут уже.
— Хорошо, — кивнул погрустневший дед, горестно вздыхая.
Медянка вздрогнула и поменяла свой цвет на синевато-сиреневый, а за ней последовали все ее подружки, бросая на лица мальчиков слабый отсвет синевы. Его кожа теперь казалась мертвенно бледной, а в глазах плескалась бездонная тоска.
— Что это? — поежился Даня.
— Это я загрустил, — шмыгнул носом дед.
— Почему, дедушка Макар? — коснулся его холодной руки Костик.
— Вы хотите уйти, — вздохнул он, — а я даже чаем вас не успел напоить.
— Ты, дед, не грусти, — твердо сказал Костик. — Мы к тебе завтра придем. Пирожки принесем.
— Обещаете? — в глазах старика промелькнул отблеск надежды и радости.
— Обещаем, — хором ответили мальчики и с удивлением осмотрелись вокруг. Жучки засветились ярким желто-оранжевым светом, словно на потолке расцветали диковинные цветы, и в пещере сразу стало светлее.
Выглянув на свет прибрежного пространства, мальчики не сразу осознали, что вместо яркого солнечного полдня над рекой повис мягкий майский вечер. Неужели они настолько задержались? Такое возможно? Они всего лишь заглянули на полчасика, не больше. Что происходит?
Костик обернулся назад, планируя расспросить об этом деда Макара, но он исчез из виду. Мальчик снова заглянул в темный зев пещеры. Она тоже выглядела иначе. Неглубокий провал в горной породе. Это даже и пещерой назвать трудно.
— Что это было? — спросил его Даня, который стоял рядом. — Где наш дедушка? И где пещера?
— Кажется, он все-таки немножко колдун, — авторитетно заявил Костик.
— Ты его боишься? — тронул его за руку Даня.
— Нет, — решительно мотнул головой Костик. — Он не был злым.
На другом берегу звучали далекие крики. Мальчики и не подозревали, что обе бабушки, вернувшиеся домой еще час назад, были неприятно удивлены отсутствием своих внуков в том доме, где их оставили. Марья Петровна, забыв про боль в ушибленном колене, но не забывая прихрамывать, руководила поисками. Сначала обшарили Калинин Овраг, в котором часто играли дети, временно вырвавшиеся из-под опеки взрослых. Играть там дозволялось, но нельзя было пропускать обеды или ужины. Нарушителей на целый день сажали под замок. Игравшие там дети близнецов сегодня не видели. Мучимая тяжким предчувствием, Марья Петровна повела людей на высокий обрыв, с которого открывался вид на стремительный поток бегущей у подножия утеса реки. Марья Петровна смотрела во все глаза, вздрагивая в ответ на свои мысли:
— Неужто нарушили наказ и полезли в воду? А если унесло? Ох, горе-то какое…
Вслух она этого не сказала, а лишь деловито кивнула на тропинку, ведущую вниз:
— На берегу надо посмотреть. Небось, опять камни весь день в воду швыряли, негодники. Ух, я им и задам!
Катя посмотрела на нее с красным от стыда лицом и попыталась виновато утешить:
— Мы их обязательно найдем, бабусенька. Ты меня прости, пожалуйста, что недоглядела. Машеньку ушла укладывать, а в комнате тишина. Я так и думала, что играют. Выхожу, а их и след простыл. Мои тоже на улицу утекли, на поиски. Хорошо хоть их успела на улице отловить, иначе сейчас пятерых бы искали.
— Не сержусь я на тебя, Катенька, — вздохнула Марья Петровна. — Себя поедом ем. Под моей ответственностью они должны были быть. Далось мне это белье! Ведь до сих пор в саду грязной кучей лежит. А детки они слишком уж шустрые уродились. С таких глаз нельзя спускать, а коли упустил из виду, то обязательно натворят делов.
— Бабушка Маша, мы не творили никаких делов, — внезапно вынырнули из-за скалистого выступа близнецы и встали перед оторопевшими взрослыми.
— Где вы были? — выдохнула Тамара.
— Баба Тома, мы по дорожке гуляли, — загадочно ответил Даня и тут же получил предостерегающий тычок в бок от своего брата.