— А как мы его найдем? — осмотрелся вокруг Даня. — Тропинка далеко теперь.
— Давай просто стоять на берегу, — предложил Костик.
Даня ничего не ответил и перевел взгляд на бегущую по каменистому дну воду. Здесь было глубже, и крупные валуны почти полностью скрывались под водой. Он прошелся по берегу и еще раз внимательно вгляделся в воду. Ничего не происходило. Тогда, повинуясь неведомому чувству, мальчик занес ногу над водой и наступил на внезапно выросший под ногой плоский камень.
— Костик, — окликнул он стоящего в стороне брата. — Гляди.
Пораженный мальчик подбежал ближе и во все глаза смотрел, как его брат идет по воде. Когда он занес над бурлящей водой свою ногу, то и под его сандалией выросла каменная ступенька. Восторженно ахнув, Костик смело шагнул в воду, уже точно зная, что под его ногой появится каменная опора.
Через несколько минут они уже стояли на другом берегу и осматривались, пытаясь определиться с направлением.
— Там, кажется, кто-то сидит, — шепнул ему на ухо Даня. — Посмотри наверх.
— Думаешь, это он? — неуверенно оглянулся на брата Костик, разглядывая фигуру в серой, под цвет камней, одежде. Если бы не движение, его было бы сложно приметить невооруженным глазом.
— Дедушка Макар! — громко крикнул Костик. — Это ты?
Человек замахал руками, призывая подойти поближе.
— Пойдем? — пожал плечами Даня.
— Давай ближе подойдем, — кивнул Костик. — Он, наверное, нас не слышит.
Приметив движение в свою сторону, фигурка засуетилась и побежала навстречу. Скоро уже можно было различить его сияющее лицо и поблескивающего скарабея, вцепившегося в ткань рубахи на его плече.
— Пришли, — выдохнул дед. — Уже боялся надеяться. Думал, что совсем забыли старика.
— Дедушка Макар! — подбежали к нему дети. — Мы хотели прийти, честное слово. Нас бабушка не пускала. Она не разрешает нам ходить на речку.
— Как же это возможно такое! — сокрушаясь, всплеснул руками старичок. — Вы же дети, а не скворцы какие, чтобы вас в клетке держать. Нехорошая у вас бабушка.
— Ты на нее, дедушка, не ругайся, — поднял палец вверх Даня. — Она строгая, но очень добрая. Просто боится, что мы в реке утонем. А мы научились по воде ходить!
— Какие же вы молодцы! — восхищенно улыбнулся дед Макар. — Сразу видно, чьих кровей!
— А чьих мы кровей? — внимательно посмотрел на него Костик. — Не понимаю, о чем ты говоришь. У нас ведь мама и папа есть.
— Есть, говоришь? — вздохнул дед, заглядывая ему в глаза. — А где же они?
— В городе, — неопределенно пожимая плечами, тихо ответил мальчик.
— То-то и оно, что в городе, — поджал губы старичок. — А разве родную кровь бросают?
— Они приедут, — выступил вперед Даня, краснея и сжимая ладони в кулачки. — Очень скоро приедут. Наши родители нас не бросят.
— А если уже бросили? — с горечью спросил дед Макар. — Как, скажите мне, можно было оставить таких славных детей? Я бы ни за что вас ни покинул. Каждую минутку, проведенную с вами, ценил бы как драгоценность. Стали бы вы мне самыми родными внуками. Одинокий я, сами видите.
— Ты не грусти, дедушка, — утирая набежавшую слезу, сказал Костик. — Мы дождемся родителей и тебя заберем. Зачем тебе, такому старому, в пещере жить? А сейчас нам бежать надо. Нас скоро снова искать начнут.
Часть 2. Глава 15
Над деревней висело марево изнуряющего августовского зноя. Изнывая от жары, мухи лениво копошились в тазу в поисках последних капель сладкого сиропа. Сегодня всем и все было лень. Даже поставить самовар для послеобеденного чая никак не доходили руки.
Обмахивая вспотевшее лицо старой газетой, Тамара делилась с матерью последними новостями:
— Дня через три выезжает Кирилл. Нужно детишек собирать уже в дорогу. А то потом суматошно будет.
— А ты мальчикам сказала уже? — осторожно спросила Марья Петровна. — Расстроятся они.
— Знаю, — кивнула Тамара, — а что поделать? Они родители, им решение и принимать.
— Дети к Брусницам всей душой прикипели, — старая женщина покосилась на закрытую в дом дверь и глубоко вздохнула.
— И это знаю, — расстроенно сказала Тамара. — Но зачем сейчас об этом? Только сердце рвать.
— Надо бы самовар все-таки поставить, — кивнула мать на латунный бок. — Мальчиков напоить чаем. Заодно и расскажем.
Тамара послушно кивнула и встала, чтобы принести воды и немного дров. Марья Петровна потянулась за щепой, которую обычно хранили в деревянной коробке прямо под столом.
Пока женщины были заняты растопкой самовара, дверь легонько приотворилась, выпуская на веранду заспанного, вихрастого мальчика.
— Бабуль, я пить хочу, — пожаловался Даня.