— Девочка моя, женщине противопоказано выходить замуж за мужчину, который не устраивает ее в постели. Что ты смотришь на меня? Да, это так. Это вредно для здоровья. Я говорила тебе это уже тысячу раз. Можно считать это главной женской мудростью. А то, что ты ему рассказала про Алену — все правильно, это когда-нибудь все равно выплыло бы наружу, потому что это часть твоей жизни, ее не скрыть. Поэтому успокойся, что случилось, то случилось.
Выплеснув со слезами все эмоции, которые ее переполняли, Надя, по совету тети, выпила двойную дозу валерьянки и, впервые за несколько недель, уснула спокойно, обняв обеими руками большого плюшевого медведя. Лу зашла в комнату, погладила непослушные каштановые кудри и сказала тихонько:
— Спи, моя девочка, все будет хорошо. Спи.
Витя еще долго не оставлял Надю в покое. Он приезжал к ней, упрашивал вернуться, вставал на колени, смотрел умоляющим взглядом. Он говорил, что согласен забрать ее дочь и мать, и всех, кого она захочет. Они будут жить все вместе в их доме. Он сказал, что согласится, если она решит работать. Надя чувствовала себя неловко в эти моменты, но понимала, что все Витины обещания нереальны, да и никаких чувств, кроме жалости, она к нему не испытывает. Вся нежность и страсть были лишь самообманом. Раз за разом она твердо отвечала ему «нет».
Приезжали родители Вити, но их просьба к Наде была прямо противоположной. Строгим голосом Витина мама попросила оставить ее сына в покое и не ломать ему жизнь. Она не читала ей нотаций, не ругала, не обвиняла во вранье. Но столько ненависти было в ее взгляде, что Наде стало страшно от того, что она натворила. Девушка пообещала выполнить ее просьбу, и с тех пор Лу говорила Вите, стоящему на пороге, что Надя уехала в другой город, может быть, навсегда. Наконец, визиты прекратились. Эта история осталась в Надином прошлом.
Надя начала шить. Лу, время от времени, находила ей клиенток. Но находиться весь день дома, в четырех стенах, было тяжело для Нади. И она нашла работу в маленьком ателье по пошиву и ремонту одежды.
Ателье «У Аллы» располагалось в подвале жилого дома. Здесь было холодно и влажно. Алла, хозяйка ателье, была женщиной в возрасте: высокая, статная и прямолинейная. На собеседовании она осмотрела Надю критичным взглядом ярко-накрашенных глаз, уточнила, замужем ли она, и не собирается ли в ближайшее врем заводить детей. Задав еще пару каверзных вопросов, не относящихся к швейному делу, Алла посмотрела на Надин диплом, даже не раскрыв его, и сказала ей выходить на работу на следующий день.
В ателье были свои законы и порядки, Алла требовала от швей беспрекословного подчинения. Надя работала с восьми утра до пяти вечера, выполняя заказы по пошиву. На обед был отведен час, в течение которого девушка гуляла по городу, отдыхая от тяжелого подвального воздуха. Когда перерыв подходил к концу, Надя ощущала себя Дюймовочкой, прощающейся с солнцем навеки.
Алла просила швей подходить к своим обязанностям творчески. Но вскоре Надя с грустью поняла, что это совсем не то творчество, о котором она мечтала. Ее фантазии здесь не было места. Девушка не отчаивалась, она усердно бралась за любой заказ и откладывала понемногу заработанных денег в копилку. Она уже тогда точно знала, что хочет открыть свое собственное ателье, где будет не только шить, но и воплощать свои дизайнерские мечты в реальность. Лу поддержала эту мечту, но никакой помощи от нее девушка принимать не хотела.
— Ты маленькая, гордая птичка, Надя. Не ищешь легких путей.
— Лу, я очень тебя люблю, всегда чувствую твою огромную поддержку и заботу. Но я хочу построить свою жизнь сама. Это будет правильно.
— У тебя все получится, даже не сомневайся.
Алла сразу прониклась уважением к молоденькой девушке с серьезным взглядом, она ценила ее за вежливость, трудолюбие и аккуратность. Надя никогда не опаздывала на работу и часто задерживалась в ателье дольше остальных женщин. Она не спорила с Аллой, даже если ей что-то не нравилось. У Аллы был своеобразный вкус, который она часто пыталась навязать заказчицам. В основном, это были простые женщины, которые не особо следили за модой и не придирались к тому, что новое платье их старит на десять лет или создает ощущение избыточного веса. Надя в таких случаях просто молчала. Она знала, что переубедить Аллу невозможно.