— Урааа! — закричали стюарды, Лиса и Буст.
— Урааа! — заорали все остальные за компанию.
Таблетка, не теряя темпа, продолжала двигаться, пока не превратилась в маленькую точку и не исчезла. На грани слышимости все еще звучало характерное жужжание, но вдруг оно резко оборвалось. И мне показалось, что раздался звук падения, хотя на таком расстоянии трудно было определить точно.
— По-моему, она упала, — грустно произнес Буст, который тоже напряженно прислушивался к успехам нашего произведения.
— По-моему, тоже, — подтвердил я. — Обидно.
Мы помолчали.
— Но вы хотя бы попробовали, — раздался у меня из-за спины голос Лисы.
— Толку-то!
Я был раздосадован. Все же получилось! Почему она упала? Я улегся на песок и уставился в небо. Буст улегся рядом.
— Малыш, пойдем поедим, — раздался рядом голос Бустовой матери, которая все это время терпеливо ждала, пока ребенок наиграется.
Буст недовольно заворчал.
— Иди, — простимулировал его я. — Больше ничего не будет.
Жаль, что таблетка была только одна. И я хищно посмотрел на стюардов — вдруг у них еще есть. Но они даже не посмотрели в мою сторону.
Буст вздохнул и неохотно утопал за матерью, а я закрыл глаза.
Лиса села рядом на песок и навесила мне перед лицом свой планшет.
— У меня есть идея.
— Ммм? — открыл глаза я и уставился на планшет с открытой картой.
— Мы всего в пяти километрах от лагеря фестиваля. Где сейчас мой муж и дети, если, конечно, Питер не поехал меня встречать. Я даже узнаю это место, мы здесь проезжали однажды.
— Да ладно! — оживился я.
— Может, дойдем? Пока солнце совсем не разошлось. Тут час, максимум полтора пешком.
— А если поймать верблюда! — развеселился я, — то можно и быстрее.
— Или лошадь, — улыбнулась Лиса.
— А я умею ездить на лошади, — похвастался я.
— А я тоже! — заявила она. — Но мы и без лошадей дойдем.
— Ну тогда пошли!
Я вскочил, упихал в рюкзак планшет с очками и пошел попрощаться с экипажем. Лиса побежала подбирать свою сумку.
Командир на наше намерение только ухмыльнулся, а вот старший стюард вышел из себя.
— Куда вы собрались? За нами скоро приедут! Мы не будем вас собирать потом по всей степи!
Вот это было неприятно. Всё же не факт, что я смогу отспорить себе трансфер до столицы, Лиса-то уже, считай, приехала, а я еще нет. Вот смешно будет идти в столицу пешком из Улан-Батора. Но мне уже попала вожжа под хвост, и я понял, что больше не могу тупо сидеть под тентом. Тем более, что до полуденной жары было еще далеко, если Лисины расчеты верны, то мы успеем добраться до ее лагеря раньше. Нечего было нас ронять посреди ничего, пусть сами разбираются, как доставлять нас до места!
— Ну и не надо! — гордо ответил я. — Мы сами доберемся.
— Оставь их, — лениво велел командир. — Молодежь разве остановишь. Вернутся, если что.
— А если они заблудятся? Кто будет их искать?
— Спасатели и будут. А так, может, у ребят получится и о нас сообщить. А то, знаешь, у меня нет уверенности, что нас оперативно найдут. Мадам, вы бросаете свой багаж?
— Да, плевать на него, — подтвердила Лиса.
— Ваши вещи будут выгружены и доставлены в Улан-Батор, потом сможете забрать или заказать пересылку. А у вас, молодой человек, всё с собой?
Я подтвердил.
— Ну вот и славно, — заявил командир. — Желаем вам удачи.
Стюард только губы поджал.
Так что мы с Лисой сверились с нашими картами и двинулись в путь. Буст тоже рвался, но был перехвачен железной рукой матери. Легкое брожение в рядах пассажиров ни к чему не привело, никто за нами не увязался, чему я был очень рад. Все-таки авантюра была еще та.
Двигались мы в ту же сторону, в которую улетела и дрон-таблетка, и я поглядывал по сторонам, надеясь ее обнаружить.
Лиса заметила мой взгляд и строго предупредила:
— Даже если мы найдем ее, не будем тратить время на починку.
Я засмеялся:
— Да, тетенька, как скажете!
Лиса даже не обиделась.
— Мы теперь сами как дрон. И донесем сообщение вместо него.
Я согласился. Мы прошли еще немного и услышали голос, который сердито кому-то за что-то выговаривал и делал это довольно давно, потому что у виноватой стороны сил возражать не было. Лиса прислушалась.
— Да я же знаю, кто это! — и стремительно двинулась на звук, долетавший из-за большого плоского камня.
Мы обошли преграду и перед нами открылась картина маслом.
Глава 7
Маленькая черноволосая женщина возмущенно отчитывала двух мальчиков, которые стояли, склонив головы. Перед ними лежала наша таблетка с воткнутой в нее стрелой, а рядом паслись три мохнатые лошадки, которым человеческие разборки были до балды. Вот возможность пожрать еще не уничтоженной солнцем травы дорогого стоила.
— Я снова спрашиваю, как можно было перепутать спортивный дрон с военным? Вы бы еще на беркута нацелились! Или вы думали, что я не узнаю? Или что вы думали? Наши красные и зеленые, а этот какой? Я вас спрашиваю, какой?
— Черный, — нехотя проговорил мальчик постарше. Ростом он был почти что с Зарину, но превосходство было во всех смыслах на ее стороне. И ему явно хотелось провалиться под землю.
— Черный с желтым, — добавил младший. — Полосатый. С буквами.
— То есть никто тут не дальтоник! — с мрачным удовлетворением заявила женщина.
Подростки опустили головы еще ниже и принялись ковырять землю носками сапог.
— И если за ним приедут военные, никаких оправданий у вас нет!
— Это не военный дрон, — вскинул голову старший. — Они так низко не летают. Это хрень какая-то. И никакие военные не приедут, делать им больше нечего. Мы просто тренировались…
И вдруг он заметил нас.
— Мамааа! — заорал он.
— Я тебе дам «мама», — сердито прикрикнула женщина.
— Точно мама! — завопил второй мальчик, и они оба кинулись к нам.
— Зарина! Миша! Никита! — крикнула Лиса и бросилась к ним.
Женщина повернулась к нам и тоже побежала навстречу.
Мальчишки добежали первыми и обхватили Лису с двух сторон, а мгновение спустя добежала и Зарина. Образовалась веселая восьминогая толпа, которая начала прыгать на месте и орать. Лошадки покосились на воссоединенную семью, переступили с ноги на ногу, но решили, что трава сама себя не съест и вернулись к прежнему занятию.
— Мама! А папа сказал, что твой самолет опаздывает!
— Мы думали, ты не приедешь! Ты пешком пришла? Из Осаки?
— Моя дорогая, мы уже не знали, как тебя искать!
— А Никита забрал мой плащ!
— А мы дрон уронили, Зарина ругается. Но зато я попал!
— Какая ты молодец, что сама добралась!
— А это с тобой кто?
Заместительница председателя приемной комиссии, Ада, никак не могла выбрать язык, на котором стоило бы начать материться. И только поэтому хранила молчание, дослушивая рассказ ректора об инициативах Министерства. Они уже час сидели втроем с проректором и обсуждали упавшие на голову нововведения.
— Вот такие у нас пироги, — ректор подвел итог речи. — А некоторые из наших Ломоносовых уже в пути и вероятно едут зря. Как председатель приемной комиссии я могу только надеяться, что не все из них откажутся от своего намерения.
— Насчет зря я бы пока не говорила, — подала голос Ада. — Единственное, в чем я соглашусь с той дамой, что мотивированный абитуриент способен на чудеса. Уверена, многие сдадут экзамены и в этих условиях. Даже помогать особо не надо. Достаточно не мешать. Общежитие же им уже одобрено? С питанием?
— Да, всё так.
— Материалы для подготовки к экзаменам есть?
— Есть, — подал голос проректор и кивнул головой на башенку толстых томов, которая стояла на погрузчике в углу его кабинета.
Ада бросила взгляд на стопку и засмеялась.
— Собираетесь прочесть?
— Ни в коем случае, — проректор замахал руками. — Мне даже заглядывать туда страшно. Пусть уж дети сами.