— А попробуй, — щедро разрешил Швед. — Увидишь, что будет.
Он даже не стал напоминать, что Мавр сам напросился участвовать.
Мавр быстренько вытащил направляющие из кармана, пристроил их на пальцы, создал элемент-сцепку и произвел над ним предписанные манипуляции, которые заключались в необходимости скрутить элемент, а потом подбросить. По мнению авторов, это должно было приводить к моментальному распаду на микрочастицы, которые без проблем исчезали сами. У меня с этой техникой не вышло ничего, как и у Мавра, и я забросил ее с третьей попытки. Какая-то она была неправильная.
Но с направляющими возник совершенно иной эффект. Сцепка скрутилась в жгут и растянулась, сожрав по дороге элемент Обы, который сидел слева, и мой — я сидел справа. На этом она не остановилась, а скрутилась в длинный овал и стала вращаться.
— Да чтоб тебя! — воскликнул Швед и включил пушку.
Новая пушка, которую доставили специально для нашей лаборатории, фыркнула и зажужжала, мигая лампочками. Швед нахмурился и наклонился к ней, чтобы проверить настройки, а элементный жгут начал качаться из стороны в сторону в некомфортной близости от наших лиц.
«Вот не надо только мне в глаза лезть», подумал я и рубанул по ней ладонью, думая, что это ни разу не похоже на предложенную технику. Однако это сработало, я рассек жгут на две неравные части. От этого жгут сразу потерял весь задор, раскрутился и повис двумя кусками. Тут вскочил Оба и сделал ровно то же самое, что сделал я. У него получилось чуть хуже, потому что он не смог рассечь длинную часть жгута, но настроение ему испортил. Жгут побледнел и улегся на стол. Тут и пушка заработала, накрывая своим действием всю комнату перед собой, и остатки элемента исчезли.
— Фф-фух, — сказал Швед. — Я, пожалуй, верю, что у тебя больше сотки. Работай без направляющих. И точно больше, чем у меня, потому что я пробовал этот номер, и у меня не получилось. Риц, теперь расскажи, что ты сделал, потому что ты почти добился того, что нужно.
— Я не знаю, — честно ответил я. — Это точно не то, что нарисовано на схеме, это как-то коррелирует с тем, что я увидел на видео, но только я не могу пока понять как.
— Как обычно, — вздохнул Швед. — Оба, а ты что?
— А я просто повторил за ним. Но у меня не особо получилось, я пока фишку не поймал.
— Но, между прочим, это лучше, чем всё что было раньше. Давайте попробуем так.
Но второй раз, сколько бы мы не махали ладонями, ни у кого ничего не вышло.
— Провоцируется стрессом, — сделал вывод Мавр. — Риц, давай мы тебя напугаем!
— Давай, — согласился я.
— Осталось только понять чем.
Мы поковырялись еще минут пятнадцать и решили закончить. Напугать меня ничем не удалось, ни угрозами отчислить, ни внезапными криками в ухо, ни размахиванием ножницами вокруг хвоста.
— На парикмахерской сэкономлю, — отмахнулся я.
— Ничто его не берет, — вздохнул Мавр.
— Главное, и нас тоже, — добавил Оба.
На этом эксперимент был прекращен, и мы поскакали в столовую. Вроде бы в последнем броске должны были успеть.
Ввалились мы еще до закрытия, но горячее и сладкое уже закончилось, Наливали только суп с курицей.
— Ну и ладно, это гораздо лучше, чем ничего, — философски заметил Оба и набрал себе всего, что осталось. Мы с Мавром и Шведом поступили так же, а Красин куда-то делся по дороге. Наверное, домой поехал.
Торчать в столовой до ночи нам не дали, мы едва успели доесть суп, как нас начали активно выпроваживать. С другой стороны, все равно больше ничего не было, а чаю можно и в корпусе попить.
Мавр побежал к себе в корпус, а мы с Обой направились в свой. И по дороге успели знатно поскандалить.
Александр «Муром» Иванов, отец Рица, а также владелец предприятий по добыче сырья для управляющих кристаллов, не считая остальных, которые из года в год увеличивали его состояние, стоял перед дилеммой. Он засиделся в офисе, читая последние сводки и прогнозы по потребностям в кристаллах. И они его не радовали. Хотя казалось бы, что может быть лучше, чем повышенный спрос? А вот нет. Прогноз показывал, что в ближайшее время все территории начнут менять управляющие кристаллы как сумасшедшие, требования к качеству поднимут, а цену попросят понизить — как скидку за опт. Как будто всё это вместе поможет получить желаемое. Ужас был в том, что и повышение цены здесь никак не помогло бы, но пойди объясни это людям.
Он глянул в камеру. Его секретари, человек и андроид, Фоларин и Йеми, которым он давным давно разрешил идти домой все еще сидели в приемной, что-то возбужденно обсуждая. Муром потянулся и вышел в приемную.
— Ну что, труженики? Почему вы еще не дома?
— Мы тут подумали… — начал говорить Фоларин. — Ожидается ведь повышенный спрос на кристаллы, что вроде бы хорошо, да?
— Да. Верно. Мне нравится ваше «вроде бы».
— Тут ведь есть нюанс. Можно предположить, что спрос, какой бы спонтанный он не был, все же будет идти волнами. И реальные потребности у каждой территории совпадать не будут. Тем более, что мы работаем в основном двумя, и их считаем основными клиентами.
— Тоже верно.
— Что если мы сейчас рассчитаем график запроса от каждой территории, причем реальный, а не панический, чтобы мы могли подстраиваться именно под него. Чтобы не отдать продукцию раньше и не туда, иначе будет многовато недовольных со всеми вытекающими.
— Очень интересно. А как вы отличите реальный от панического?
— При реальном запросе заказчик будет ну очень крупным, и он захочет видеть вас лично.
— Это смелое заявление. Пожалуй, я немного докручу вашу мысль. Та территория, на которой я буду находиться физически, получит приоритет в поставках, потому что они сумеют быть убедительными.
— Наверное… так тоже можно посмотреть на дело, — улыбнулся Йеми.
Муром кивнул и выгнал секретарей отдыхать. Пожалуй, ему и правда стоило бы на время равноудалиться. Когда территории решат в едином порыве обновить свой парк кристаллов, их могут посетить самые неприятные идеи. Хотя он восемь лет жил на Востоке, аффилиацию с Севером он не утратил, и даже наоборот. Вероятно это надо было учесть. Он вызвал водителя и спустился вниз. Когда он вошел в дом, план был уже готов, поэтому порог он переступил с фразой:
— Дорогая, кажется, ты хотела научиться играть на моринхуре?
Глава 3
По дороге к общаге Оба решил мощно домотаться до меня.
— Послушай, Риц, почему ты ничем не делишься?
Я опешил. А чем я должен с ним делиться? Пирогами и блинами? Так они в столовой в изобилии. А чай у него свой есть. Техника у каждого своя, а инкубатор нам с ним еще по два экземпляра планшета отсыпал. Один для трилобитских разработок, а другой — для остального. Ценными мыслями? Или еще чем? Но прежде, чем я успел спросить, на что он, собственно, претендует, он сам решил прояснить.
— Ты же нашел решение? Почему ты им ни с кем не поделился?
Ага, вот оно что. Опять меня подозревают в тайном знании.
— Ничего я не нашел. Я смутно нащупал, но как ты сам видел, второй раз у меня не получилось. Всё, что невозможно повторить, ценности не имеет.
— А я думаю, — Оба резко остановился под старой липой. — Что ты специально скрыл исходную технику. Чтобы никто не мог ее повторить и тебя догнать.
— Оба, ты бредишь. Мы работаем вместе, что там можно скрыть? Куда я это спрячу? В карман? Опять же, нас неслучайно попросили отработать этот номер всем коллективом, в этом есть некий смысл. И мы будем в него упираться, пока его не найдем, от нас не отстанут. Я бы даже если хотел что-то скрыть, не смог бы.
— Вот! Сам говоришь, что хотел.
— Я говорю, «если бы».
— «Если бы» ничего не значит! Так нечестно! Так в команде не поступают!
Я вздохнул.
— Оба, скажу тебе страшное, в команде поступают как угодно. Но в данном случае я не понимаю твоих претензий. Если ты смог снять с меня слепок еще не отработанной техники, а ты смог, то куда я дену отработанную?