Тот, кто сочинил фразу о том, что с милым рай в шалаше, вероятно, никогда сам не жил в шалаше. Мне казалось, что дальше наши бытовые условия будут только хуже и хуже. Если в центре города тротуары выложены брусчаткой и ведут к витринам с люксовой косметикой, одеждой европейских брендов и только-только появившимся в нулевых годах кофейням, то жители нашего района были невидимками для администрации города: на фасадах зданий облупилась краска, деревянные поручни в подъездах сломаны, по тротуарам разливается канализационная вода, канавы завалены пакетами с мусором, а рядом дымит ТЭЦ. И ни одного супермаркета, только маленькие магазинчики на первом этаже, в которых порой продавали просроченные консервы и сыр с вовсе не благородной плесенью.
Тим запретил мне работать официанткой, да и учеба началась. Ходили на пары в университет по очереди через день — кто-то должен был присматривать за Паулинкой. На няню денег не хватало. Преподаватели пошли навстречу. Помню, как однажды даже пришлось защищать курсовую Тима, которую сама же за него и написала. А в итоге её оценили выше, чем мою. Вот так сюрприз.
Опять начались бессонница и панические атаки. День и ночь думала о том, где взять деньги. Миллион идей посещало до рассвета. Может, печь торты на заказ, плести бусы из бисера, писать курсовые за каких-нибудь лентяев, вроде Тима? Няня на час? Сетевой маркетинг?
Когда-то в школе, представляя будущую семью, видела себя заботливой хозяйкой, которая ждет мужа на обед с горячим супом, рагу и пирогом. Никогда не мечтала строить карьеру и зарабатывать большие деньги. Как мечты далеки от реальности.
Тим долго не мог найти постоянную работу. Потом проходил три месяца в государственную компанию, занимающуюся геодезией и картографией, ходил по улицам со всякими землемерными приборами за старшим напарником. Начальство задерживало зарплату, а мои деньги почти закончились. В ночных клубах Тим зарабатывал от случая к случаю, когда какой-нибудь группе срочно нужен был гитарист на замену. Братья Тима оставили это занятие и сосредоточились на развитии бизнеса — звукозаписывающей студии.
Мы жёстко экономили каждую копейку: деньги раскладывали в отдельные целлофановые кармашки фотоальбома для каждой статьи расходов, старались больше ходить пешком, чтобы не тратить на проезд.
Для меня нет ничего более унизительного, чем просить помощи у родителей, поэтому в телефонных разговорах бодро говорила отцу, что ни в чем не нуждаемся, хорошо питаемся. Но в наш прачечный день мама всегда вручала сумку с подгузниками, детскими кашами и какими-нибудь деликатесами. Я научилась готовить тысячу и одно блюдо из лапши, картофеля и хлеба. Мясо ели только в гостях.
Мы больше не ссорились, но и счастливой такую жизнь никак не назовешь. Тим много возился с Паулиной, иногда приносил мне шоколадные батончики (единственный сюрприз, который мог изредка позволить), массировал уставшую шею, но по-прежнему любил допоздна засиживаться за компьютером в чатах, любимым из них была «Кроватка». Ну и название.
Говорил, что там его принимают за тридцатилетнего мужчину, потому что рассуждает по-взрослому и даёт хорошие советы. Кажется, он считает это большим достижением. Работать на стройке и разгружать вагоны ради семейного благополучия муж не торопился. В конце концов, мог хотя бы пойти помощником в мастерскую моего отца. Папа намекал на это. Но Тим продолжал раз в месяц ходить по собеседованиям на должности, которым явно пока не соответствовал. Отчего-то ему хотелось верить в то, что потянет такую работу.
А я всё больше разочаровывалась в жизни. Редкие вылазки в секонд-хенд — всё, что осталось мне для поддержания собственного гардероба. Зимнюю куртку купил отец, хотя я сгорала со стыда перед родителями, что муж не способен меня одевать.
За учебой и поеданием дешёвых углеводов я наверстала прежние лишние килограммы, и любовь к себе упала к отметке ниже нуля.
Февраль 2005
Свекровь узнала о государственной жилищной программе по льготному кредитованию для молодых семей. Но моя вера в эту идею плескалась на самом донышке, учитывая, что мы с трудом наскребали деньги на еду, а за аренду квартиры уже несколько месяцев Тим занимал у Алекса без перспективы отдать долг.