Отец напомнил, что Веня работает в головном офисе банка и может проконсультировать, помочь. После разговора с папой всю ночь снился летний лагерь и улыбающийся Вениамин, который самозабвенно меня любил. Он до сих пор не женился. С утра так защемило сердце. Бесконечные «а что, если бы?» сделали свое гиблое дело, и к вечеру я обозлилась, как ведьма, на жизнь, на себя и на Тима. Всё вокруг раздражало. Казалось, что мужа устраивает всё, как есть. Вот эта съемная лачуга, подачки, нелюдимость, бедняцкая еда, лишь бы посторонние люди в интернете продолжали восхищаться его советами и остроумием.
На следующий день отец поехал с Тимом на встречу в банк. Меня оставили дома с дочкой. Представляла Вениамина в строгой, идеально выглаженной рубашке, деловом костюме, в кожаном офисном кресле, как по окончании рабочего дня он ныряет в свою серебристую Volvo. Хотя за время работы он мог купить новый автомобиль. Думая об этом, надраивала унитаз, который протекал уже третий день, потому что Тим не знал, как его починить.
Вернувшись со встречи, Тим не обмолвился ни словом, только с размаху закинул папку с документами в конец комнаты. Пока он был в ванной, я позвонила отцу по нашему допотопному красному дисковому телефону. Папа сказал, что, по мнению Вени, в кредите нам откажут, ведь подтвердить доходы не сможем. Тоненькая, как ниточка, надежда оборвалась, и я полетела в бездну, к краю которой уже подошла до той самой минуты. Этому способствовала и небольшая, казалось бы, совершенно неуместная, ремарка отца о том, что от Вениамина так и веяло успешным мужчиной, настоящим профи своего дела.
Хотелось бы остаться в этой истории невинной жертвой, но ангелы существуют только в духовном мире, и пока никто из них ещё не перевоплощался в людей. Я достала из шкатулки кольцо, которое подарил мне Веня на восемнадцатый день рождения (Тим запретил его носить), покрутила в руках, надела на безымянный палец правой руки. Всё ещё как раз.
Внутренняя борьба продолжалась всю ночь, я ложилась, потом шла на кухню, пила чай, смотрела в окно на двор, возвращалась в постель, смотрела в потолок, становилось жарко, опять вставала. И мысли, мысли, столько вариантов альтернативного будущего. Счастливого и несчастного. А наутро, пока Тим был в универе, я схватила папку и отыскала номер телефона Вениамина в полной уверенности, что совершила катастрофическую ошибку в жизни, выйдя замуж не за того парня.
Чувства к Тиму отшибло, как оторванный неисправный шнур обогревателя в нашей убогой хибаре. Сама не могла себя понять. Не разлюбила, когда до боли скручивал мне руки, беспробудно пил и гулял по клубам, изменил, а теперь любовь сожрала банальная нищета, так? Или всё вместе взятое?
— Привет, Вень… Не знаю, как сказать. — Вздыхаю в телефонную трубку от безысходности и растерянности.
— Привет. Заяц, это ты? Всё хорошо? Я о тебе вчера весь вечер думал, — больше всего боялась, что он ответит холодно, формально, а Веня ведет себя так, будто мы до сих пор дружим.
— Вень, кажется, я ошиблась... — я зажмуриваюсь, говоря это и ожидая его реакции.
— Может, встретимся? — без паузы на раздумья предлагает он.
Прелюдия
Покажите мне женщину, с которой он спит, и я скажу, как он себя оценивает... Мужчину всегда притягивает женщина, отражающая его глубочайшее видение себя самого, женщина, завоевание которой позволит ему испытывать — или притворяться, что испытывает, — чувство собственного достоинства. Человек, который уверен в собственной ценности, захочет обладать женщиной высшего типа, женщиной, которую он обожает, самой сильной и самой недоступной, потому что только обладание героиней даст ему чувство удовлетворения.
А.Рэнд, «Атлант расправил плечи»
Лика
Чувствовала себя одновременно агентом ФБР под прикрытием и злостным наркодилером, встречаясь с Веней.
Терзалась сомнениями, что он подумает обо мне, когда так внезапно сама позвонила. Да и вообще, понятия не имела, что Веня чувствовал после того, как я неожиданно для всех выскочила замуж. Тогда мне было всё равно, даже на секунду не задумалась о нём, пребывала в панике и ужасе.
Местом встречи назначила парковку самого непопулярного в городе торгового центра, чтобы свести к минимуму случайную встречу со знакомыми. Стекла Вениного черного Lexus'а были затонированы, что придавало чуть больше спокойствия, но руки все равно дрожали. Как людям удается изменять, ещё и получать от этого удовольствие. Хуже, чем на госэкзамене списывать со шпаргалки перед самым носом преподавателя и желать повторения этой пытки.