Мама не стала заходить домой, чтобы не тревожить разъяренного Тима и спящего Даню. Уже стемнело. Посидела в её машине около часа, выплакалась, а потом вернулась, не припоминая, когда вышла замуж за сидящего передо мной оборотня. У Тима вышибло все пробки, его дико заклинило:
— А вот у меня нет папочки с мамочкой, чтобы побежать жаловаться на свою фиговую судьбу!
Он строил отвратительные гримасы, кривлялся и обвинял меня в том, что испортила всю его жизнь с самого дня знакомства, превратила в «дерьмо» (слово от «любящего» мужа). Впервые за тридцать лет в меня летела нецензурная брань, хлыстающаяся хуже пощечин. Внутри всё опустилось, руки и голос предательски тряслись. Дети проснулись. Было стыдно перед соседями за наши крики.
И это вся его благодарность за годы любви, прощения и героического терпения? Боже, всё из-за дурацкого несостоявшегося мальчишника? Да кто дернул меня за язык ему перечить? Пусть бы шёл на все четыре стороны.
Тим вышел на балкон, который за годы совместной жизни мы так и не застеклили. С кем-то говорил по телефону сквозь плач. А ведь он не проронил ни одной слезинки даже на похоронах матери. Неужели сейчас всё гораздо хуже? Я его действительно настолько достала за эти годы?
Тревожное предчувствие поднималось от солнечного сплетения к самому горлу. Он так пьян, что может сделать непоправимую ошибку, или, не дай Бог, произойдет несчастный случай. Хлипкие ограждения на балконе едва доходят мне до пояса, а Тим значительно выше ростом.
Вышла на балкон, чтобы завести Тима обратно, но он грубо отмахнулся: «Отвали! Ну... кому говорю!»
Он никогда со мной так хамски не разговаривал.
Позвонила Алексу в поисках помощи. Просто не знала, как справиться с таким незнакомым мне ранее Тимом.
Выйдя из комнаты, обнаружила лишь наспех скинутые домашние шорты и майку. Тим куда-то умчался из дома. В таком состоянии?
В слезах выбежала во двор, проводя глазами поисково-спасательные работы. Но Тима здесь не было. Лишь бы он не садился за руль. Боже, да что же это такое?
Тяжелые капли дождя начали вбивать в землю с силой пыль, закрутившуюся в воздухе порывами ветра, усмиряя и превращая её в отвратительную осеннюю грязь. Ливень хлестал меня по щекам, размывал картинку перед глазами, проникал под тонкую ткань домашней футболки, грязь въедалась в голые ноги, хлюпала в кроссовках.
Мозг напомнил, что я нужна детям, да и эта беготня не дает никаких результатов. Простыть кормящей матери будет самым эгоистичным поступком. Дома ждали не менее напуганные Паулина и Данил на её руках. Бедные дети.
Какой же ошибкой было позволять счастью настолько поглотить меня, чтобы потерять начисто бдительность, слепо верить, что другому человеку так же хорошо со мной, как и мне с ним. Правда жестоко лупила наотмашь каждым гадким и разъедающим сердце словом, услышанным сегодня.
Последние полгода казались самыми лучшими, наслаждалась каждым днем, своей беременностью, первыми днями сына. Все годы брака была какая-то беготня, но стоило замедлиться, вдохнуть жизнь полной грудью, всё иллюзорное разбилось и разлетается, оголяя истинную суть вещей. Тим со мной нечестен, несчастен и винит во всех своих провалах одну меня.
Я не спала, дежурила у окна до самого грязно-серого рассвета. Всё ждала увидеть фигуру Тима.
Занавес
Если Бог что-то нам не даёт, значит, мы не должны пытаться заполучить это любым способом.
В помещение с двумя кожаными диванами входит загорелый мужчина в белой майке с черно-белым изображением диснеевского волка с передней стороны, а на спине — имитацией царапин от волчьих лап. Черные джинсы спущены на бедра, отчего собираются гармошкой над объемными кроссовками такого же цвета. Он закидывает с приличного расстояния банку от энергетика в мусорную корзину и не промахивается. В это время майка слегка задирается, демонстрируя широкую черную резинку трусов с надписью «DIM» и два нижних кубика пресса.
На диванах сидят длинноволосые блондинки, похожие друг на друга, будто их клонировали по одному слепку. Даже одежда одинаковая: облегающие шорты, едва прикрывающие рельефные ягодицы, черные плотные гольфы до колена, сверху чуть свободные объемные кофты с длинными рукавами. На ногах кроссовки на платформе.