— Не стой, беги! — заорал Майрон, и все они ринулись в противоположную сторону, оставляя за собой только дымные следы от своих сценических зачарованных (но не от огня магических существ, выращенных Хагридом) мантий. Их модные мантии, нарочито порванные для стиля, теперь дымились, превращаясь в настоящие лохмотья.
Соплохвосты же в поисках новых жертв помчались дальше в сторону подземелий, оставляя далеко позади Ведуний, чья первая попытка навредить конкурентам провалилась, даже не начавшись.
* * *
В тот момент, когда соплохвосты ворвались в подземелья, студенты седьмого курса вместе с корейскими гостями-музыкантами как раз заходили в кабинет зельеварения. Твари, извиваясь и разбрызгивая огненные искры, рванули прямо за ними. Студенты закричали, кто-то вскочил на стол, кто-то попытался наложить защитное заклинание, но пышащие жаром создания Хагрида обладали непробиваемыми панцирями.
— Назад! — рявкнул Снейп ученикам, отбиваясь от агрессивных ползающих огнемётов. — Живо!
Однако огненных крабов было слишком много. Они всё прибывали. Первое же чудище, проскочившее в дверь, выплюнуло струю огня прямо в ряд стеклянных склянок, стоящих на полке за Снейпом. Одна из них, наполненная ярко-зелёной жидкостью, лопнула, и её содержимое, шипя, растеклось вокруг, мгновенно наполняя пространство клубами едкого дыма. Другой соплохвост влетел прямо в медный котёл, где варился демонстрационный образец зелья для седьмого курса. Жидкость выплеснулась из котла, вспенилась и начала выбрасывать в воздух липкие оранжевые брызги, которые прожигали всё, чего касались.
Третья тварь, врезавшись в стеклянный шкафчик, опрокинула ряд флаконов с фиолетовой эссенцией. Они разбились с хрустальным звоном, и смесь, соединившись с разлитой зелёной жидкостью, начала превращаться в плотный, едко пахнущий туман. Он медленно заполнял комнату, придавая кабинету вид старой химической лаборатории после взрыва.
Намджин, одним из первых запрыгнувший на парту, понял, что можно предпринять.
— Глациус! — крикнул он своим ребятам.
Они сделали это вместе как на репетиции. Из их ладоней вырвалась волна голубого света, и пол класса покрылся слоем магического льда. Соплохвосты заскользили по гладкой поверхности, потеряли равновесие и начали сталкиваться друг с другом. Лёд превращал их огненные плевки в шипящие облака пара.
Снейп, мельком взглянув на ледяную ловушку, успел заметить удачный ход бантанов. Он коротко кивнул (не то чтобы благодарно, скорее признавая факт, что эти корейцы оказались полезны) и повернулся к дальней стене своего кабинета.
— За мной! — рявкнул он, открывая тайную дверь в стене, которую студенты никогда не замечали. — Только без паники!
Все: семикурсники-хогвартцы, BTS и шедшим последним Снейп скрылись в потайном ходе, который вывел их к выходу из замка.
* * *
Пока в замке бушевали соплохвосты, Крауч-младший в теле профессора Грюма, никем не замеченный, пробрался на берег Чёрного озера, где высился остов корабля дурмстранговцев. Он остановился у воды, оглянулся на замок, где уже слышались крики, и усмехнулся.
— А теперь, — прошептал он, — очередь второго предателя.
Опасные творения Хагрида стали идеальным прикрытием: пока преподаватели усмиряли тварей, пока выводили учеников через явные и тайные ходы, пока Пивз носился по коридорам с воплями "Пожар! Пожар!", никто не заметил, как Грюм поднял свою палочку и прошептал формулу, которую не решались повторить даже самые тёмные маги. Эти слова не записывали в книги, их передавали шёпотом из уст в уста — и только безумцы осмеливались произносить их вслух.
Слова те породили Адское Пламя.
Вода вокруг корабля Дурмстранга вспыхнула сначала слабо, как отражение заката, а потом пламя взметнулось вверх, принимая устрашающие формы, и над озером разнёсся запах серы. Бормоча: "Fire! Fire!" Лжегрюм растворился в толпе выбегающих из замка студентов.
Эвакуация, начатая из-за соплохвостов, стала стихийной, но организованной: студенты, все до единого, высыпали из Замка за считанные минуты и стали свидетелями второй волны покушений, разыгранной теперь на чёрной глади Озера.
Над водой вздымалось огненное кольцо, которое медленно, но неумолимо сжималось вокруг корабля Дурмстранга. Оно не было похоже на обычный огонь. Это была пляска чудовищ: из пламени вырывались головы драконов, змеи, извивающиеся в воздухе, когтистые лапы, которые хватали мачты и паруса, играя с ними, как кошка с мышью. Огонь не спешил поглотить всё немедля, он с шипением гонялся за людьми, заставляя их метаться по палубе, кричать, цепляться за канаты и друг друга, а потом отступал, чтобы снова наброситься, издеваясь, наслаждаясь их страхом.