Гладко, как по Глациусу-льду
В танце я тебя веду,
Никто другой не сможет, нет.
И мне не нужен никакой учебник чар,
Чтоб ощутить в груди пожар.
Зал, который ещё минуту назад был напряжённым и ожидающим, вдруг выдохнул. Студенты, сидевшие за столами, начали подниматься, искать глазами своих партнёров, и вскоре первые пары уже кружились в танце. Вальс, казалось, приглашал и увлекал танцующих, никого не оставлял равнодушным.
Тэхён добавил спецэффект, который называл "Визуализация звука" — из инструментов группы потекли золотые нити, которые напоминали живые струны. Они переливались в такт мелодии, создавая ощущение, что танец и музыка едины.
Как в зеркало старинное гляжу,
Глациус! — и я по льду скольжу!
Сияй как те звёзды вокруг,
Танцуй, будто феи ведут тебя в круг!
При слове Глациус — заклинание скольжения легло на пол, чтобы создать гладкую, зеркальную поверхность. Это позволяло парам (даже тем, что чувствовали себя на танцполе поначалу неуверенно и скованно) танцевать плавно, а светящиеся следы оставались за танцорами на полу, как звёздная пыль.
Шаг вправо, скольжение влево — в такт моему заклятью,
Высоко, словно снежинка в зимнем вальсе, лети навстречу моему обьятью!
Во мне пульсирует энергия магии льда и огня,
Позволь показать её — ведь без неё не прожить мне и дня.
Чонгук использовал свой голос, чтобы создавать эффект "Эхо шагов" — мягкое эхо, которое подхватывало шаги танцующих и превращало их в часть мелодии. А световой дождь Намджуна падал на них, освещая каждую улыбку, каждое движение, как будто сам мир хотел запомнить этот момент.
* * *
Тем временем кабинет профессора Грюма был залит мертвенно-бледным светом, который исходил от пентаграммы, начерченной на полу. Крауч-младший стоял в центре, сжимая палочку, и его голос, хриплый и безумный, разносился по комнате, заглушая даже гудение вредноскопов.
— Одиннадцать, — шептал он, проводя пальцем по линиям пентаграммы. — Семь музыкантов — их магия сильна необычайно, и Четыре чемпиона — их кровь уже пролита на Первом туре. Одиннадцать жертв. Число, которое открывает дверь в бездну. Карта Правосудия... Одиннадцать — столько юных магов я принесу в жертву во имя моего Повелителя.
Он остановился у края пентаграммы и поднял руки, как священник, готовящийся к великому обряду.
— Семь голосов замолкнут. Четыре сердца остановятся. Одиннадцать жизней станут моим даром Лорду. Он поймёт: я — его вернейший слуга. Я достоин большего, чем просто быть его тенью.
Он чертил последние символы, и его голос становился всё громче, всё более лихорадочным:
— Они не знают, что их сила станет моим топливом. Их магия, их кровь, их жизнь — всё это будет питать моего Лорда. Одиннадцать жертв — и он восстанет. Одиннадцать — число правосудия, и я буду его мечом.
Он ударил по полу своей тростью, и пентаграмма засияла красным, заполняя комнату пульсирующим светом. Кабинет дрогнул, и в центре круга начала формироваться чёрная трещина — ещё не портал, но уже его тень.
— Осталось только одно слово, — прошептал Крауч, отпивая из фляжки. — Одно слово в нужный момент. Уже скоро!
С безумной улыбкой он направился в Большой зал, где за дверью уже слышались первые аккорды вальса — BTS начали своё выступление. Крауч знал: когда затихнет последняя нота, он произнесёт решающее Слово и откроет портал в Ад.
* * *
Последние такты вальса плыли над Большим залом, и BTS, чувствуя, как музыка поднимается к своей вершине, играли с той самой присущей им магией звуков, которая уже начала менять Хогвартс. Чонгук взял заключительный аккорд на гитаре, Чимин вывел голосом финальную ноту, и она повисла в воздухе, как светящаяся нить, готовая оборваться.
Лжегрюм появился из-за ближайшей к сцене колонны. Его деревянная нога глухо стукнула о каменный пол, а волшебный глаз нервно сканировал пространство. Никто не обратил на него внимания: все взгляды были прикованы к сцене, где BTS заканчивали свою первую песню.
Хриплый голос безумца разнёсся по Залу в тот же момент, в который финальная нота вальса ещё дрожала в воздухе. Он произнёс заклинание, призванное открыть портал в Ад и выпустить огненного демона — ведь именно огонь стал его манией.
"Ликвефактус!" — прозвучало в воздухе, но вместо ожидаемого Пламенного Демона из открывшегося портала донёсся холодный и безжалостный металлический лязг. Из проёма шагнуло Нечто, что не было демоном — вызванный ритуалом монстр оказался трёхметровым гигантом с массивным торсом из гладкой брони. Его тело было сделано из жидкого металла, который переливался в свете свечей, как ртуть, и каждое его движение было неестественно плавным, словно бы он тек, а не шёл.