Лицо пришельца, лишённое черт, отражало всё вокруг, как зеркало, и в его глазах (двух алых точках) не было ни злобы, ни ярости, только холодная, механическая пустота. Он поднял руку, и та мгновенно трансформировалась в длинный, гладкий ствол, который начал вращаться, издавая скрежещущие звуки, совсем уж непривычные для магической Англии. Крауч понял, что в чём-то ошибся. Он вызвал не магическое существо, а кого-то, чьё оружие говорило на языке свинца и стали.
В тот же миг из разных концов зала раздались выкрики, испуганные и удивлённые, но удивительно схожие по смыслу. Чонгук, стоявший на сцене, не сводил глаз с появившейся в Зале фигуры, и его голос, напряжённый до предела, прозвучал как первый гром: "Это же... это Т-1000 из "Терминатора"! Почти одновременно с ним раздался крик Гермионы: "Он из жидкого металла! Его нельзя убить магией!"
Близнецы Уизли, которые непонятно как всегда были в курсе самых необычных маггловских фильмов, переглянулись и заорали в унисон: "Это тот самый робот!" Дин Томас, стоявший у стены, выкрикнул что-то про "жидкого убийцу", который не знает пощады. А те, кто не знал, кто такой "Терминатор", просто смотрели на своих друзей с ужасом и непониманием, чувствуя только одно: этот вечер перестал быть праздником.
Музыка оборвалась. Вальс закончился, но вместо аплодисментов в Зале раздались крики ужаса. Крауч в громоздком и искалеченном теле Грюма и сам отшатнулся, чуть не упав, и его лицо, искажённое безумием, на мгновение стало испуганным.
Но исправлять что-либо было уже поздно. Портал закрылся за спиной явившегося, и он поднял вверх оружие, готовое сеять смерть. Правая рука Существа теперь оканчивалась не кистью, а вращающимся блоком с шестью стволами, которые начали разгоняться с противным механическим свистом. Крики разнеслись по залу, и студенты бросились врассыпную, прячась под столы и за колонны.
— Спасайтесь! — закричал кто-то из преподавателей, но его голос потонул в грохоте выстрелов.
Профессора, которые ещё секунду назад были воплощением спокойствия и порядка, теперь выбежали вперёд с палочками наготове. Флитвик первым выкрикнул "Протего Максима!", но щит, который он создал, разлетелся впустую — пули прошили его насквозь, не встретив сопротивления. Пули прошили потолок, сбивая люстры, которые с грохотом падали вниз, разлетаясь вдребезги. Вторая очередь ударила в стены, выбивая каменные крошки и снося портреты. Третья досталась Грюму, стоявшему ближе всех, и грузное тело профессора Защиты от темных сил рухнуло как подкошеное, но не осталось лежать неподвижно, а стало перетекать, меняя форму и трансформируясь в совсем другого человека. Впрочем, на это превращение сейчас никто не смотрел, было не до этого.
Снейп выдавал из своей палочки целые серии заклинаний, но все они бессильно отражались от брони робота. Дамблдор поднял палочку, и его лицо было сосредоточенным, но даже его заклинание, мощное, как удар молнии, не оставило на броне ни царапины.
В этот момент BTS уже стояли в тесном кругу, и их татуировки пульсировали, предвещая слияние. Это был их момент. Они не смотрели на робота, они смотрели друг на друга. А затем на месте семерых вырос Один, созданый из магии звука и единства. Колосс поднял голову и посмотрел на гигантского робота. Их взгляды встретились — две силы, готовые противостоять друг другу. Битва начиналась.
Когда Один шагнул вперёд, каждый из Семерых вложил в общее существо самое лучшее, что у него было. Намджун, чей разум вёл Колосса, как штурман, мгновенно просчитал траекторию движения Терминатора и указал направление для удара. Но он не просто указал — внутри Колосса он шагнул вперёд и с силой пнул врага по левой ноге, одновременно активируя особую магию разрушения, которая в быту частенько заставляла ломаться вещи, к которым он прикасался, и из-за которой его частенько называли Богом Разрушения. Даже жидкий металл, из которого состоял робот, не устоял, в месте удара покрылся сетью микротрещин, которые начали расползаться, как морозные узоры на стекле. Воинственный пришелец пошатнулся, и на секунду замер. Это была не победа, но возможность атаковать дальше.
Сокджин, стоявший в центре структуры, направил свою энергию на поддержание устойчивости Колосса. Юнги, чьё левое плечо, отмеченное цифрой семь, выдвинулось вперёд, создал щит, который отражал пули — он был той самой реальной, а не метафорической пуленепробиваемой стеной, за которой остальные могли действовать без страха.
Тэхён, чьё колено пружинило, как стальная пружина, и Хосок с тату-семёркой на лодыжке отвечали за манёвренность: они заставляли Колосса прыгать, уклоняться, двигаться, превращая бой в смертельный танец.