- Ну вот и отлично, - злорадно ухмыльнулся Ванжил. - Кстати, что там с Дугданом? Он пришёл в себя?
- Да, посадили его в клетку. Пусть по полной насладится своей последней в жизни ночью. Сейчас сидит и воет на луну, – с издёвкой произнёс Гантумэр.
- Пусть повоет, пришло моё время торжествовать, – усмехнулся Ванжил.
Глава сорок седьмая
Наутро хаски, как и планировали, выдвинулись в путь.
- Ну вот мы и на месте, - сказал Майдар, когда они вновь оказались на месте гибели членов стаи хаски. Буанзу тотчас взял след, и вся стая устремилась вглубь леса. Прошло немало времени, прежде чем они подступились к логову врага.
- А теперь мы разделимся. Вы заходите слева, вы - справа. А мы отсюда зайдём, - проинструктировал всех Майдар. – Ну что, сын, ты готов к бою?
– Да, готов, - решительно ответил Буанзу и вдруг услышал собачий вой совсем рядом.
- Это Дугдан, отец! Это Дугдан! – радостно воскликнул он. – Значит, он жив!
- Да, это его голос, - воспрял духом Майдар. – У тебя слух получше моего будет! Что он говорит?
- Он говорит, что чувствует нас, и говорит, где именно его держат. Пока вы готовитесь, я тайком прокрадусь и освобожу его.
- Нет, сынок, я сам. А ты будь максимально начеку, и если что, будь стойким.
- Если что? Нет-нет, погоди, отец! Я с тобой.
- Я приказываю тебе остаться, - заявил Майдар.
- Погоди, послушай меня. Давай мы заключим с ними перемирие, - Буанзу пришло в голову поменять тактику. – Дугдан жив, стало быть, у нас есть возможность договориться с вожаком о мире. Может быть, нам всё же удастся остановить многовековую войну, которую вели наши предки, и тогда повсюду воцарится мир.
- Это невозможно, Буанзу.
- Давай попробуем, отец. Это ведь хоть какой-то шаг навстречу миру. Возможно, они выслушают нас. Я ведь тоже буанзу, как и они.
- Ну что ж, почему бы не попробовать, - неожиданно для самого себя произнёс Майдар. - Но я пойду один, а ты тем временем прокрадёшься к клетке и высвободишь брата. Но если что-то пойдёт не так, не геройствуйте с Дугданом, а сразу уходите из этих мест и наших с собой забирайте, договорились?
- Я думаю, всё обойдётся, отец. Вот увидишь, - подбодрил его Буанзу.
- Как знать, - Майдар обнял на прощанье сына, словно предчувствуя печальный исход, а после направился прямиком в логово противника в окружении трёх своих самых крепких воинов.
Глава сорок восьмая
Не успел Майдар переступить очерченную волками границу, как со всех сторон, словно красная туча, его окружила многочисленная стая.
Навстречу ему гордо выступил сам вожак Агван.
- Чего тебе надо, хаски? – гневно произнёс он.
- Я пришёл к тебе с миром, буанзу.
- С миром? Что-то слабо верится. Эти сказки прибереги для своих псов, а я прекрасно понимаю, за чем именно ты пожаловал, точнее, за кем, - сурово произнёс он. – У меня твой сын - хаски, поэтому ты пришёл, верно?
- Да, ты прав, в твоей власти сейчас судьба моего сына, и ради его жизни и жизней всех хаски и всех красных волков я пришёл предложить тебе мир.
- И это после того, как мы растерзали ваших псов, а с ними и этих нелюдей?
- Не все люди – нелюди, как не все хаски - преступники.
- Где-то я это уже слышал. Такое ощущение, что дух моего убиенного нелюдями сына вдруг заговорил в тебе. Он был маленьким и беззащитным волчонком, а они взяли и с вашей помощью растерзали его ни за что. Кто-нибудь из вас тогда вспомнил о мире, о котором мечтал мой сын? Его судьба была тогда в вашей власти, как теперь судьба твоего сына находится в моей. И что ты думаешь, я с ним сделаю? – глаза Агвана налились кровью от ярости.
- Тобой сейчас управляет гнев, буанзу. И ты можешь сейчас вступить в бой, как и отказаться от него, и тогда жизни наших псов и ваших волков будут спасены. Знай одно, если мы не прекратим нашу многовековую вражду, всех нас ждёт погибель. Я знаю, что твоё сердце переполнено болью, как и наши сердца, от потери близких, но именно в данную минуту всё ещё можно изменить. Хочу, чтобы ты знал одно: ни я, ни один из моих соратников непричастен к убийству твоего сына. Не все хаски подлецы, как и не все люди убийцы. Среди них есть и те, кто спасает таких, как мы, и их немало. А те, на кого вы вчера напали, – обычные туристы, не имевшие никакого отношения к браконьерам. Теперь вы в глазах людей – преступники, и они будут искать вас, пока не найдут, если мы, хаски, их не остановим. А остановить их мы можем только в одном случае – в случае мира с вами.