Один труп захоронили родственники, второй зарыли в общей могиле, а сведения о том, что бывший телохранитель императрицы перешел границу с Баварией, сопровождая, возможно, двух упущенных похитителями первых лиц Ордена, а также информация о возможной принадлежности жены этого самого «господина полотера» к числу магов и агентов, так и остались похороненными в мертвом мозгу шпиона…
***
– Послушай, Резль, это не дело… – супруг и соправитель без стука открыл дверь в ее кабинет и вошел туда так же уверенно, как входил в их спальню.
«Когда это было в последний раз? – горько подумала она. – Полгода тому, если не ошибаюсь».
– Да ладно, – иронично произнесла она вслух. – Чем это я нынче обязана визитом моего августейшего супруга? Вы нашли пять минут в вашем чрезвычайно напряженном расписании и решили использовать их с толком? Скажем, посмотреть, как поживает ваше семейство? Или, может быть, даже обратить внимание на то, что творится в стране и за ее пределами?
– Резль… – начал он и замолчал, явно смутившись.
– Итак, чем обязана? – в ее голосе звенела сталь.
– Хорошо, – Франц-Стефан явно не знал, с чего начать. – Да, я мало вникал в ход войны. Были поражения, были победы, ты всем сердцем была там, с нашей армией… Но почему сейчас?
– Не понимаю, о чем ты, – Мария-Терезия раздраженно пожала плечами.
– О шпиономании, – император наконец-то взглянул ей в глаза. – Разумеется, я узнал обо всем последним. Как и положено бесполезному коронованному чудаку…
Она поджала губы и еще более выразительно посмотрела на мужа. Молча, ничего не комментируя, а потому ему пришлось сбиться с выбранного раз навсегда жалобного тона, проглотить обиду и начать говорить по делу.
– Да, я узнал последним. Черт возьми, это было чудовищным сюрпризом если не для всех, то очень для многих. Секретный приказ императрицы… Тюрьмы переполнены совершенно невинными людьми, кто познатнее – получил строгий домашний арест и подписку о невыезде, но… Это слишком жестоко и слишком внезапно, никто ничего не понимает. Плюс срочно расширенный штат полиции, причем за счет каких-то совершено наглых мужланов… Из кого он укомплектован, из капралов в отставке? Они не имеют никакого уважения ни к дворянам, ни просто к образованным людям. Обращаются как… со скотиной… с крепостными. Или с солдатами, набранными из крепостных. Допросы, угрозы, чуть ли не пытки. Да, задерживают временно, довольно быстро выпускают. По крайней мере, некоторых… Кое-кто собирает чемоданы, будут пытаться уехать во Францию или в Голландию…
– Не выйдет, – императрица сложила руки на груди. – Пограничная стража усилена, проверки ужесточены. Списки арестованных и подозрительных растиражированы и разосланы по заставам, так что твоих «кое-кого» просто развернут на границе и все. Война все еще идет, Франц, и, если ты не заметил, в ней случился очень паршивый перелом.
– Да, Резль, я понимаю, – Франц-Стефан обреченно кивнул. – Но причем тут гражданские лица? Скажем, студенты? Жакен** сказал: забрали чуть не половину его курса, причем самых умных. Вернули пока только треть из них, многие совершено деморализованы.
– Интересно, и с каких пор тебе есть дело до таких низких материй? – в голосе жены ему слышалось ядовитое шипение рассерженной гадюки. – Дай угадаю: под облаву попал какой-то твой приятель из тайных братств? Помнится, во времена нашей молодости, когда у тебя не срослось с тем, чтобы помочь жене управлять государством и армией, тебя потянуло стать тайным правителем. Первая ложа в Вене, отпочковавшаяся от самой старой, что была в Праге, ммм… Ты даже ездил туда за посвящением, как романтично. Пока я пыталась не дать разорвать на куски страну, прерываясь лишь для рождения детей…
Она сжала зубы.
– Угадала, – он вздохнул. – Даже не один мой приятель, дорогая: Ложа Трех Сердец*** чуть не в полном составе… И не только. Военная Ложа*** – боевые офицеры, ветераны, разочаровавшиеся в этой войне, – я слышал, там тоже прошли аресты, но пока ни один не вышел на свободу. Видимо в связи с тем, что этих так просто не запугать. Доходят слухи, что то же самое творится в Праге, в Брюнне, в Инсбруке... Даже в чертовых Славонии с Трансильванией! Кстати, среди арестованных были не только масоны. Некоторых сочли неблагонадежными по ряду других признаков…