Приняв душ и одевшись, я вышла на кухню. Янис заставлял меня поесть, но я отказалась. Выкурив оставшуюся половину сигареты я наконец-то почувствовала себя живой.
Уже через минут сорок я была в студии Руслана, а Янис ушёл к Августе.
Руслан выглядел сегодня иначе. Красные глаза, не уложенные кудряшки и мятая футболка.
— Матерь божья, что случилось?! — Воскликнул он, уставившись на меня.
— Это с тобой что?
— Аллергия… Макс вчера подарил герберы, а у меня на них аллергия. Только узнал это утром, когда проснулся.
— Макс?! — Удивилась я, но Руслан лишь пожал плечами.
— Парик привезла обратно?
Я кивнула, и он тут же усадил меня в кресло стараясь превратить мое помятое лицо в произведение искусства. Пока он делал макияж и выбирал костюм, я молчала.
— Все-таки Островский что-то решил.
— Почему ты так думаешь? — Я не понимала, но кажется догадывалась.
— Он никого дважды не рассматривает. А ты ему приглянулась. Ну, наверное. Не знаю. Иди примеряй костюм.
— Мне не идут костюмы.
— Классика идет всем! Рот на замок и вперёд, иначе я сам тебя переодену! — Он пригрозил мне пальцем, и я смеясь ушла в гардероб, чтобы переодеться и снова стать Алëной из новой жизни.
Глава восьмая. Я согласна
Островский сидел в том же кресле, в том же костюме, только выражение лица его было задумчивым, а не глупым, каким показалось в прошлый раз. Янис относился к нему уважительно, поэтому я старалась вести себя подобающе.
Я сидела в кресле напротив Константина Леопольдовича, Янис сидел рядом. Нервничал и постоянно пил воду из бутылочки. Все молчали и лишь часы на стене громко тикали. Не любила я это молчание. В детском доме молчание означало то, что ребенок не понравился родителю, и нас снова отводили в общую комнату, где мы продолжали играть и ждать.
— Ой, ну ладно! — нарушил тишину толсяк, отчего я вздрогнула и взглянула на Яниса, он продолжал сидеть с каменным лицом. — У тебя стальные нервы, Янис.
— Кость, можно? — Я услышала голос Серёжи и обернулась, столкнувшись с ним взглядом.
Он. А нескольких шагах от меня. Я хотела подойти к нему, но рука Яниса легла на мою руку, и я перевела взгляд на него.
— Ты видишь, я занят! — Резко ответил Островский, и Серëжа закрыл дверь.
— Ну так что? Для чего мы здесь? — Не выдержал Янис.
— Да-да, — Константин Леопольдович поднялся из кресла, которое жалобно заскрипело и прошёл к шкафу, доставая оттуда серебристую папку. — Работа прекрасна. Модель очаровательна, Янис.
— Но?
— Что "но". Контракт ваш!
Янис поднялся из кресла и принялся жать руки толстяка, который просто сиял от веселья. Но потом его взгляд тут же потускнел, и он вернулся в своё кресло, открывая папку.
— Но, действительно, есть одно "но". Вернее важный пункт договора, без которого тебя просто не пустят в страну. Ты должен быть семейным человеком. Это условие… Семейный — значит серьезный. Ну и они просто беспокоятся за безопасность своих моделей.
— Но я же…
— Янис, ты — директор этой милой мордашки. Ты должен быть таким, каким тебя хотят видеть наши коллеги, иначе она останется без контракта и без денег, и ты тоже. — Он взглянул на расстроившегося фотографа и продолжил. — К тому же, фиктивные браки никто не отменял. Это ведь чисто формальности. Только решать это нужно скорее. Вы должны быть там послезавтра.
Янис поднялся из кресла, кивнул и молча вышел из кабинета, чего ни я, ни Островский не ожидали. Он, за все мое нахождение в Москве, ни разу не оставлял меня одну. Я поспешила за ним.
— Алëна… — Услышала я голос Сергея, выйдя из кабинета, и сразу же обернулась.
Есенский стоял с лёгкой улыбкой на лице и расставив руки, может быть для объятий или тем самым показывая, что это он. Вздохнув, я покачала головой и пошла к лестнице. Мне было не до разговоров. На кону была новая жизнь.
Длинные широкие штанины путались и мешали. Я не видела ступени, поэтому пришлось их приподнимать, как подол платья. Каблуки громко стучали, раздаваясь эхом по всему зданию, но Янис, сидящий на лестнице спустя два пролёта, будто бы не слышал меня. Я села рядом с ним и попыталась взглянуть ему в глаза, но он тер их руками.
— Все же хорошо, контракт наш. — Тихо сказала я, не зная с чего начать.
— Нет. Не наш, Алëна. Не наш! — Он злился на меня… или на себя, я так и не поняла. — Даже если постараться найти фиктивную жену, все равно не успею. Прогорит контракт. Прости.
— И что мы будем делать? — Спросила я, но Янис молчал. — Поехали домой?
Он поднялся, протянул мне руку, помогая встать. Мы вернулись к Островскому, я забрала пальто, и мы поехали в мастерскую Яниса. Он хотел поговорить с Августой.