«Да, Юля, я тебе вру, но не об этом…».
— Да с чего ты взяла, я не пойму? — воспряла ты и осмелела в голосе.
— Я видела, как он с тобой разговаривал. И мне показалось, что он тебе нахамил.
Ты рассмеялась на весь актовый зал. Снова драмкружок пришел на помощь.
— Да что ты, всё не так! Просто мы немного повздорили из-за… из-за мелочи…
— Из-за какой мелочи? — не отставала от тебя подруга.
— Да… из-за… посуды, — ляпнула, что первое вспомнила. — Он не моет за собой посуду. А ты помнишь, что это было одним из условий проживания.
— Точно? Ну-ка посмотри мне в глаза… — Юля медленно приблизилась к твоему лицу с опаляющим взглядом, а потом разразилась громким хохотом.
— Чего, правда, из-за посуды?!
— Ну, да, — ты тоже старалась казаться веселой и непринуждённой.
— Блин, а я тут уже такого насочиняла… Давно знала, что надо начать детективы писать, — подруга взяла тебя под руку. — Ладно, пошли. А по поводу посуды…
— Я уже с ним поговорила. И в качестве наказания теперь он будет еще и мою мыть, — успокоила ты подругу.
— Правда? Слушай, а ты неплохо влияешь на моего брата, — Юля снова засмеялась, а ты вся покрылась краской. В таком настроении вы и разбежались по домам.
Зайдя домой в глубочайших раздумьях, ты не сразу заметила беспорядок на кухне.
— Не поняла… — сказала вслух сама себе, потому что дома, по всей видимости, кроме тебя никого не было.
Груды грязной посуды возвышались на столе, застилая практически все возможное пространство. Тебя разбирало возмущение, потому что этого быть не должно.
Спустя час домой вернулся твой сосед, всё такой же холодный и высокомерный, что и днем. Он даже не посмотрел на тебя, войдя в кухню, и вёл себя так, будто горы посуды вообще его не касаются.
Парень достал из шкафчика последнюю чистую чашку (твою, кстати) и заварил чай.
— Артём, — с возмущенным лицом обратилась ты к соседу, — тебя ничего не смущает?
— Хм, а должно? — в низких обертонах его голоса звучало какое-то еле ощутимое презрение. Ты, конечно, понимала после вашего разговора днём в универе, что Артёму явно не понравилась твоя идея забыть о твоих ночных танцах и вашем поцелуе. Но никак не могла понять, почему? Что за план роится в его голове и зачем ему это нужно?
Может, он решил заиметь себе «подружку», не выходя из дома? Бред какой-то… Ты сразу отбросила этот вариант, как невозможный. А, может, ты была единственной девушкой, которая ему отказала?.. Хм, это больше похоже на правду. «Обиделся, значит…» — подумала ты, глядя на его высокомерную физиономию.
— Ну вообще-то, у нас был уговор. И ты обязан месяц мыть посуду, — ты продолжала пробивать ледяную стену парня.
— Какой уговор? — снова те же сведенные брови и гримаса недоумения, что и днем.
Ты глубоко вздохнула, пытаясь не выйти из себя:
— Ты издеваешься что ли? То ты про танец не помнишь, теперь снова строишь из себя дурочка… Что происходит, Артём?
Твои щёки покрылись румянцем, потому что он снова ставит тебя в неловкое положение, заставляет упоминать о ситуации, которую ты сама хотела бы забыть. Но внутри горел огонь возмущения: «Я что, зря опустилась до стриптиза? Пусть хотя бы посуду моет, блин!».
— Хм, — довольно усмехнулся парень, — не помню ни о каком танце. А если не было танца, значит и никакого уговора тоже…
Артём посмотрел тебе в самые глаза со злорадной улыбкой:
— Так что мой свою посуду сама, девочка.
Пока ты стояла с офигевшим лицом, твой сосед успел прихватить чашку и скрыться в своей комнате. Зло разбирало тебя на части. Хотелось ворваться в его комнату и влепить добрую пощёчину, чтобы стереть напрочь эту наглую ухмылку с его лица.
Но ты сдержалась. Из последних сил. «Ничего, я тебе устрою…».
На следующий день в 15:00 ты ожидала участников конкурса в актовом зале универа на репетицию финального танцевального выхода. Пришли все до единого, кроме… конечно же, Артёма. Но ты этому ни капельки не удивилась.
Все ребята поднялись на сцену, а ты начала показывать первые движения. Несмотря на то, что девочки и мальчики оцениваются отдельно, финальный выход у них был парный. Нужно было разбить участников на пары. Ты оценивающе посмотрела на ребят…
Дверь зала хлопнула. В помещение неторопливо вошел Артём, скидывая на ходу кожаную куртку и рюкзак. Ты бросила на парня короткий строгий взгляд.
— Ты опоздал, — холодно произнесла ты, придав своему голосу командный тон.
— Ну и что, кого это волнует. Вас это волнует? — обратился Артём к толпе ребят на сцене, на что те лишь растеряно переглянулись. — Ну вот и меня не волнует.