— Крис, милая, ты слышишь меня? — по твоему телу пронеслась волна из мурашек, а сердце выбивало дверь наружу. — Я так рад тебя видеть, я… безумно скучал. Пожалуйста, не уходи. Дай мне возможность сказать тебе пару слов.
Если бы ты и хотела встать и уйти, то не смогла бы. Ноги были абсолютно ватными, а все тело вжалось в мягкое кресло.
— Ты… ты знаешь, что наше знакомство было не вполне удачным. Об отношениях я вообще молчу. Я вел себя, как самовлюбленный пацан, не понимая, что бок о бок со мной живет такая красивая, умная, такая настоящая и чувственная девушка. И поэтому я был безмерно счастлив, когда ты согласилась стать моей, моей малышкой.
В зале тихо зашептались, улыбаясь и поглядывая на тебя.
— Но потом я все разрушил. Я уничтожил твое доверие ко мне и веру в меня. Я вовлек тебя в обстоятельства, за которые мне ужасно стыдно, которые я бы хотел стереть из своей и, главное, из твоей жизни. Я знаю, что нет мне прощения, поэтому просить его не буду. Это было бы слишком нагло.
Ты почувствовала, как твое запястье сжала рука Юли. Она крепко держала тебя, глядя на младшего брата, а по ее раскрасневшейся щеке бежала слеза.
— Да, эта вся мерзость случилась. Это произошло. И есть в этом большой плюс: это все БЫЛО. Оно в прошлом. И сейчас я предлагаю тебе оставить его там и не оглядываться. Да, есть во мне и темные стороны, и я никуда их не запечатаю. Но никто не идеален, и любовь в том и заключается, чтобы принимать друг друга такими, какие мы есть, прощать наши проступки и поддерживать друг друга, несмотря ни на что.
«Что он сказал?..»
— Я люблю тебя, Крис. Слышишь? Люблю безумно, страстно, и не могу ничего с собой поделать. И хочу быть с тобой. Не из чувства вины, потому что обидел тебя, а потому что хочу быть с тобой счастливым. И если ты хоть несколько мгновений была со мной счастлива, дай мне возможность повторить это. Повторить это еще и еще, пока ты не остановишь меня. Потому что я останавливаться не хочу.
Артём положил микрофон, приблизился к тебе, пробираясь через наполненные людьми ряды, склонился над тобой и чуть слышно произнес:
— Крис, любимая, я спрошу у тебя еще раз: ты будешь моей малышкой?..
Глава 21
Тонкое белое кружево… Нежный полупрозрачный фатин… Декоративные белые цветы, украшающие шёлковую ткань…
Твои пальцы аккуратно поправляли идеально огибающее фигуру платье, старательно разглаживая каждую складочку и застёгивая миниатюрные жемчужные пуговицы.
Длинные локоны волнами спадали на плечи, придавая образу нежность и красоту Афродиты. Последний штрих — изящный цветок в волосы — и всё, самая очаровательная невеста в мире готова.
— Невероятно красиво, — полушёпотом произнесла ты, глядя в зеркало.
У твоей подруги в глазах показались крохотные слезинки счастья.
— Стоп! Не вздумай плакать! Весь макияж потечёт! — суетливо вскрикнула ты и потянулась за маленьким спонжем на туалетном столике.
Ты аккуратно невесомыми движениями прикоснулась губкой к краешкам глаз и немножко подула.
— Это бесполезно, я всё равно на церемонии расплачусь, — заныла Юля.
— Конечно, расплачешься. Но ты хотя бы выйди к своему жениху в идеальном виде, — засмеялась ты, поправляя макияж подруги.
— Кристина, неужели сегодня я стану женой? — задала Юлия риторический вопрос, глядя на себя в большое зеркало.
— А что, ты до сих пор сомневаешься? Поздновато как-то…
— Нет! Я не сомневаюсь! Просто мне не верится, — ты впервые видела свою подругу такой сентиментальной.
Но сегодня ей можно, ведь она — невеста.
— Вы так давно с Женей вместе, что другого исхода ваших отношений я и представить не могла, — успокаивала ты подругу. — Какие вы молодцы, что не натворили глупостей и всё-таки нашли в себе силы помириться. Я бы не пережила, если бы было иначе.
Юля посмотрела на тебя и засмущалась. Наверняка вспомнила, как полгода назад после очередной попытки Евгения попросить прощения за то, что скрыл от любимой поступок её брата, она вспылила и выгнала парня из квартиры. А потом горько рыдала тебе в жилетку, сокрушаясь о своём глупом поступке, повторяя, как сильно любит Женю и какая она дура.
Как хорошо, что парень твоей подруги оказался настойчивым, и уже спустя неделю расставания стоял перед ней на одном колене, признаваясь в любви и предлагая свою руку и сердце.
И она согласилась. Иначе и быть не могло, ведь они так любят друг друга.