Я теперь работала вместе с Кириллом в офисе, потому пришлось нанять Галину Петровну. Поначалу я упиралась, но здравый смысл в лице Кирилла все же победил — мы тщательным образом выбрали самую лучшую няню, которая понравилась всем. И мелочи, и даже нашему скромному молчаливому Егорке. Мальчику, который вошел в нашу семью самым последним…
Два года назад я увидела по телевизору историю мальчика, чьи родители погибли в автокатастрофе. Увидела его глаза и поняла — нам нужно его забрать. Ждала вечера, чтобы сказать Кириллу и готовилась к возражениям, но он, посмотрев видео вместе со мной, с минуту помолчав, сказал: «Да». И уже через несколько месяцев Егор переехал к нам на постоянной основе. Он был старше Сашки и Яськи на четыре года. Немногословный, сдержанный, внимательный. Как-то так сразу повелось, что он взял над младшими шефство. Помогал мне по дому, с Кириллом они часто ковырялись в гараже. День за днём, месяц за месяцем… Постепенно прошлое отступало. Он чаще стал улыбаться и разговаривать с нами. Но все же болтливым, как Яська, не был. Не будучи нашим сыном по крови, он с первых дней напоминал мне Кира: такой же… надёжный. Маленький мужчина. И пусть он с ходу не выбалтывал нам всё, что случилось за день, не сыпал вопросами, я знала, что, если что-то будет его тревожить, он расскажет мне об этом. Мне или Кириллу. Или нам обоим разом. Потому что он наш сын.
— Держи, — открыв дверцу со своей стороны, Кирилл подал мне пакет, наполненный вафельными стаканчиками с мороженым. Другой положил на заднее сиденье и, довольный, уселся за руль.
— Поехали скорее, — поторопила я мужа. — Соскучилась по детям ужас как.
— Я тоже, — признался Кирилл и, подмигнув мне, хлопнул дверцей и тронул машину в места.
Дети выбежали нам навстречу, не успели мы заглушить мотор. Яська, обгоняя Сашку, подлетела к дверце, едва я только открыла её.
— Мама! — обхватила меня за ноги и крепко, порывисто прижалась.
— Ну привет, котик мой, — склонилась, потрепала по светлой макушке. — Как вы тут?
— Хорошо, — задрала голову вверх и посмотрела на меня ясными глазами. Я не удержалась от улыбки, коснулась пальцем маленького носика. Ярослава фыркнула и засмеялась.
Моя маленькая принцесса…
— То есть сразу мама, да? — подошел к нам Кирилл, держа на руках Саню.
Как ни крути, но отец был для Саши большим авторитетом, чем я. Правда от этого любил он меня ничуть не меньше, о чем постоянно заявлял. Мальчики — такие мальчики… Свои мужские дела, разговоры. Я даже обижаться на них не могла. Кто же, как не папа, объяснит устройство двигателя или правила игры в футбол? Какая-то мама, может, и объяснит, но точно не я…
— Папа! — Яська мигом обхватила за ноги теперь уже Кирилла.
— Так-то лучше, — засмеялся Кирилл так же, как и я минутой ранее, потрепав дочь по волосам.
— Мама, а Яся упала с дерева, — неожиданно сдал сестру Саша.
Вскинув брови, я посмотрела на сына. Тот же с серьезным видом кивнул.
— Да, упала, и бабушка её ругала.
— Ябеда! — звонким колокольчиком раздался возмущенный возглас Яси.
— Не ябеда, не ябеда! Ты глупая! — завозился на руках Кирилла Сашка.
— Это что такое, сын? — строго спросил Кир, спуская его с рук. Хотел было продолжить нравоучения, но Саша, показав сестре язык, побежал к дому. Нравоучения о хороших манерах его не интересовали от слова «совсем».
— Мы с тобой ещё поговорим об этом, — грозно бросил Кир сыну вдогонку, одновременно со звонким выкриком Яси:
— Ну стой! — воинственная принцесса понеслась следом.
Поймав довольный взгляд Кирилла, я сокрушенно покачала головой и улыбнулась:
— Я по ним скучала.
Муж притянул меня к своему боку и ткнулся носом в шею.
Я почувствовала его усмешку, тепло ладони на своей талии.
— Я тоже, — признался он, прикоснулся к коже губами. Опустил было ладонь ниже, но тут я заметила на крыльце одиноко стоящего Егора. Поглаживая сидящего у его ног Барона, он смущенно смотрел на нас с Кириллом.
Не думая ни секунды, я мягко коснулась ладони Кира, давая ему понять, что нужно остановиться, и быстро направилась к старшему ребёнку.
— Ну привет, — потрепала по холке Барона, когда он вышел ко мне, виляя хвостом.
А после посмотрела на Егора.
Подошла к нему ближе, присела на корточки и, посмотрев в его темные глаза, тихо произнесла:
— Я по тебе скучала.
— И я, — не заметила, как к нам подошел и Кирилл.
Егор посмотрел сначала на меня, потом поднял взгляд на Кирилла. Снова на меня. Не говоря ни слова, он обвил мою шею руками, обнял крепко, как сын мог обнять мать.
— Мой маленький взрослый мужчина, — шепнула я, тут же обняв его в ответ. Крепко-крепко, так, чтобы у него и мысли не закралось, что я могу любить его меньше Сашки и Яси.
— Я тоже скучал, — наконец на выдохе выговорил он.
И тут я все же расчувствовалась. Негромко всхлипнув, поцеловала в щёку. На коже сына остался след от моей помады, и я мигом стёрла его.
Какой же он уже взрослый, большой… Что-то подсказывало мне, что вымахает он высоченным и… И отбоя от девчонок у него не будет. Как не было когда-то у его отца. У Кира. Но из всех он выбрал меня и, я знала, ни разу не пожалел об этом, как не пожалела, и я о том, что вручила ему свою жизнь. Вот и Егор… Он обязательно найдёт свою. Ту, что будет нужна ему, как воздух, ту, которой нужен будет он.
— А где бабушка с дедушкой? — спросила я, присев на край ступеньки.
— Бабушка печет блины, — как и прежде серьёзно ответил сын, — а дедушка строит дом на дереве.
— Дом на дереве? — хмыкнул позади нас Кирилл. — А мне дом на дереве он так и не построил.
— Ты можешь с нами там играть, — нашелся Егор.
Я посмотрела на мужа снизу вверх. Так и хотелось поддразнить его, но авторитет… Разве можно было подмочить его в глазах сына? В глазах сына — точно нет, а вот когда мы останемся вдвоём…
— Дом на дереве, — одними губами выговорила я, не сводя глаз с мужа и потихоньку усмехнулась в кулак, сделав вид, что закашлялась.
Кирилл тоже сделал вид — что не заметил издёвки. Подхватил сына на руки.
— Ты покажешь мне ваш дом?
— Покажу, — нахмурив темные бровки, коротко сказал Егор. Обхватил Кирилла за шею и прижался.
Встав, я погладила Егорку по спине и снова встретилась взглядом с мужем. Улыбнулась ему.
Оба мы понимали, что пройдет много времени, прежде чем мы услышим от Егора заветные слова — мама и папа. Но оба так же знали, что будем всеми силами стараться подарить этому мальчику счастливое будущее. Такое же счастливое, как будущее Яськи, Сашки и той маленькой горошинки, которую мы уже так сильно любили самой простой и самой особенной любовью на свете. Беззаветной любовью отца и матери.
Не сдержавшись, я вплотную подошла к своим ребятам, прижалась к ним, зная, что они — самое надёжное и сильное, что только есть у меня в этой жизни. Обняла и почувствовала, как в руку мне тычется мокрый нос. И опять чувства взяли верх. Дурацкие гормоны! Засмеявшись сквозь слезы, погладила Борьку по золотистой шерстке. А после подняла глаза к небу. Яркое летнее солнце стояло еще высоко. День только-только перевалил за полдень.
Что будет дальше, я знала наверняка: мы поедим самых вкусных на свете бабушкиных блинов, а потом пойдём на речку. Все вместе. Всей семьёй. Расстелем на шёлковом покрывале зелёной травы огромный плед. В воздух будут взлетать разноцветные брызги, над водой разноситься детский смех.
Голодные, мы вернёмся домой и наедимся шашлыков. Гранатовый сок, свежие овощи, вечер с детьми и родителями. Вечер, за которой наступит бархатная летняя ночь. И ночь эта будет принадлежать только нам двоим. Ночь, в которой сквозь шум сбившегося дыхания я обязательно услышу слова: ты моя навсегда.