— Я тебя подругой считала. Лучшей подругой! — склонившись над столом, заговорила я, глядя ей в глаза. — Я тебе обо всём рассказывала. Я с тобой советовалась, что Димке подарить на Новый год! А ты… ты… — замолчала, не в силах больше говорить. На глаза навернулись злые слезы. Я смахнула их и повернулась к Яське. Она захныкала, личико её скривилось, будто бы она поняла — мама злится, мама расстроена. Моя маленькая девочка… В этот раз ты права. Провела ладонью по щечке, взяла крохотную ручку и улыбнулась сквозь слезы.
— Все хорошо, мама рядом, — прошептала, хлюпнув носом. Черт возьми!
— Знаешь, Полин, — снова глянула на подругу. — Я вам даже благодарна. Лучше вот так, резко, наотмашь. Чтобы раз, и отрезать. Чтобы не даже не пытаться склеить обратно. Благодаря твоему предательству я встретила человека, который любит меня, который любит Ясю, как свою собственную дочь. Который никогда меня не предаст. Я уверена в этом. А вы… Ты и Климов можете делать всё, что захотите.
— Я же сказала, что не встречалась с ним больше! — выговорила Полина. — Слышала только, что он уехал в другой город. Кать, прости меня, пожалуйста! Мне тебя не хватает очень. Я… я же замуж выхожу, а у меня даже свидетельницы нет.
— Уверена, ты найдешь подходящую кандидатуру, — я встала. — Пожалуй, я выпью кофе дома, — процедила сухо. Взяла сумку, перекинула через плечо и ухватилась за ручку коляски.
В глазах Полины я могла видеть раскаяние. Искреннее или нет — это мне было не интересно. Мне вообще её жизнь была неинтересна. Пережила. Благодаря Кириллу пережила. Наверное, эта встреча была мне действительно нужна, чтобы выпустить те эмоции, что еще остались во мне. И теперь, глядя на бывшую лучшую подругу, я понимала — всё. Последние искры, вспыхнув, погасли. И я больше ничего не чувствую.
- Ты меня никогда не простишь, да? — сдавленно выговорила Полина. — Винишь меня?
— Не виню, — качнула я головой. — Ты показала мне, каков на самом деле человек, за которого я собиралась выйти замуж. Не ты, так другая. Не на Новый год, так на восьмое марта, — хмыкнула я. — Всё равно это бы рано или поздно произошло. Я счастлива, Полина. И тебе того же желаю. Зла я на тебя не держу. Я давно простила тебя, но забыть… — качнула головой. — Есть вещи, которые не забываются. Прощай. — Развернула коляску и покатила её к выходу.
На душе моей было действительно спокойно. Будто я оставила в этой кофейне все свои обиды и то зло, что держала на Полину и Диму. Вот и всё.
Погода была прекрасная. Мы с Яськой прошлись по парку, благо, он был по пути к дому. Ухоженные газоны радовали глаза зеленью, деревья шелестели кронами. Лёгкий тёплый ветерок разгонял последние тяжёлые мысли и как будто поглаживал кожу. Я тряхнула головой, позволяя уложенным волосам качнуться волной и улыбнулась сама себе, подставив ветерку лицо. Прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. Еще один шаг прочь от прошлого, от предательства, от болезненных воспоминаний. И к лучшему, что все так. Все совершают ошибки, но ошибки ошибкам рознь. Кто знает, какое предательство еще могла бы совершить Полина, если бы не совершила этого? Если бы отношения наши продолжились. Может быть, никакого, а может быть… Вздохнув, я склонилась над коляской.
— Ну что, котенок, пошли домой? — посмотрела на спящую Яську. — Соня моя. Надо было действительно назвать тебя Соней, — тихонько засмеялась и направила коляску к дому. У подъезда я остановилась. Чуть впереди стояла Тойота Кирилла.
— Ты смотри-ка, папочка всё же решил заехать домой, — сказала Яське немного удивлённо. — Странно только, что не позвонил и не предупредил.
Глава 12
Едва я открыла дверь, услышала голос Кирилла.
— Разве я не говорил тебе больше не появляться?!
Был Кирилл, мягко скажем, раздражен. Поначалу я подумала, что он с кем-то разговаривает по телефону, однако, стоило мне опустить глаза, я увидела две пары обуви. Одна принадлежала Кириллу. Вторая же… в квартире, по всей видимости, находился ещё один мужчина. Кто-то из сотрудников? Вряд ли, Кирилл никогда не приглашал в дом посторонних, предпочитая решать все важные вопросы либо в офисе, либо в ресторане за ужином.
Я оставила коляску в тамбуре, забрала Яську и потихоньку закрыла дверь. Не знаю почему, но выдавать своего присутствия я не хотела. Мало ли, о чём они могли разговаривать. В последнее время Кирилл и так часто находился не в самом лучшем расположении духа. В конце концов, своим появлением я просто-напросто могла помешать ему.
— А я сказал, что мне нужны деньги, — прозвучал голос второго мужчины.
И тут я похолодела. Похолодела потому, что голос этот был знаком мне. Слишком хорошо знаком — до боли, до тошноты. Климов?! Может быть, мне всё-таки показалось? Мало ли…
Выдохнув, я постаралась прогнать оцепенение, уверяя себя, что это просто случайность. Должно быть, встреча с Полиной зацепила мое подсознание. Климов в прошлом. И хватит уже об этом. А голос… Но мужчина заговорил снова, и на этот раз все сомнения были развеяны.
— Если не хочешь, чтобы я встречался с Катюшей и дочкой…
Да, это точно был Климов! Господи…
— У тебя нет дочери! И не смей называть Катю Катюшей, — прорычал Кирилл.
Я присела на край тумбы, и, прижимая к себе Яську, слушала разговор. Разговор, который слышать я была не должна. Деньги… Причём тут деньги и Кирилл?!
— Я буду называть её так, как посчитаю нужным, — в голосе Климова читалась усмешка. — Знаешь… Я ее недооценил. Она стоит куда больше, чем ты мне дал. Тем более, в комплекте с девочкой. Так что ты, Снегирёв, заплатишь мне столько, сколько я скажу. А иначе…
Меня передернуло. Я вскочила, едва не смахнув с тумбы ключи Кирилла. Нет! Нет, хватит! Я не хочу это слушать! И видеть Климова я тоже не хочу! Только сегодня я наконец оставила все в прошлом, и на тебе! Снова всё кувырком! Кирилл… Услышанное не желало складываться в цельную картинку. Не потому, что я не могла сложить, а потому, что не хотела. Вот только даже отдельных кусочков, фрагментов было достаточно, чтобы все понять.
Едва сдерживая слёзы, я выскочила из квартиры вместе с Яськой и быстрым шагом направилась к лифтам. Так вот значит, как все… Климов продал нас с дочерью! А Снегирёв… Снегирёв купил!.. Кусочки картинки вопреки моему желанию складывались сами собой. Из последних сил я разметывала их в стороны, стараясь собрать стремительно рассыпающийся карточный домик. Нет, не мог Кирилл так поступить, не мог!..
Мог. Мог, и сделал. Достаточно было вспомнить, как он выставил Климова за дверь, когда тот явился в очередной раз умолять меня о прощении. И как после этого Дмитрий исчез из моей жизни. Ни звонков, ни смс… Каждый раз, когда Кирилл видел или чувствовал, что я вспоминаю о Диме, он едва ли не впадал в ярость. Какая же я была идиотка! Думала, что это ревность. Нет, причиной тому была никакая не ревность. Тревога. Опасение, что я узнаю обо всем и… А вот это самое страшное. Потому что, как бы отреагировала, я не имею понятия. Не знаю!
— Тс-с-с, — принялась я укачивать дочь, начавшую возиться и кряхтеть. Чувствующая перепады моего настроения, она моментально отзывалась, стоило мне занервничать. — Все хорошо, малышка. Все хорошо, — приговаривала я, понимая, что бессовестно вру. Что это простые бессмысленные слова.
Только выйдя из подъезда, я поняла, что не взяла сумку с вещами Яськи.
Захныкав, она потянула пальчики к моим волосам. И у меня даже сил не было их убрать. Пройдя чуть в сторону от подъезда, я присела на лавочку. Прижала к себе дочь, инстинктивно укачивая её, прижимая к себе, к груди. Предательство Климова, предательство Полины, а теперь… Меня как будто оглушили, вынули из меня что-то важное, живое. Дождаться, пока Климов уйдёт, а после… После собраться с духом и вернуться домой. Благо, на улице лето. Тепло.