4
Склоняюсь к полу, хватаюсь за горло. Другую ладонь прижимаю ко рту. Меня сейчас стошнит.
Слова Дани как удар под дых.
– Моя жена тоже хорошая, только, блин, устал я от нее, – говорит Валид, который только что трахался на диване. – Запустила себя, все дети-дети, а я на каком месте? На никаком! Сколько бабла я домой приношу? Кучу! А внимания никакого… – Он набирает себе полную тарелку еды и усаживается рядом с Даней, то и дело погладывая на девицу на его коленях. Та целует грудь моего мужа, обнимает за шею, пытаясь привлечь его внимание.
– Я блин поэтому Катьку и выбрал, что она не хочет спиногрызов, как и я. – Даня пренебрежительно фыркает. – На фига они нам сдались? С ними жизни никакой нет, крики, пеленки. А так у нас с Катей рай…
Это неправда. Муж сказал, что не хочет детей, а я… была в него влюблена, поэтому не возразила.
– Если твоя Катька узнает, чем ты занят, то яйца тебе отрежет в твоем раю, – смеется Алик.
– Не-а, не отрежет. У нас с ней пни… пнимание… понимание, – еле выговаривает муж. – Мы понимаем друг друга, короче. Я ж мужик, и у меня праздник. Не с женой же быть? У нас с ней деловой брак. Б-б-бизнес брак. Никакой розовой херни и пеленок. Дела только, удовольствия всякие.
Мой мозг уже отключился и отказывается комментировать происходящее. К сожалению, тело тоже парализовано, поэтому мне не уйти, не сбежать, крича от ужаса. А хочется до дури.
Наш брак – это бизнес, оказывается. «Пнимание» у нас, видите ли. И правда, не с женой же праздновать день рождения? Намного лучше делать это со шлюхами.
Муж пьян, в таком состоянии я никогда его не видела. Наверное, поэтому подслушанные откровения бьют меня в самое сердце. Они прятались до поры до времени, а теперь полезли на язык мужа.
– Красивая твоя Катька! – вздыхает кто-то.
– Ну… ей тридцать скоро, стареть будет. Раньше была как орех, а теперь местами обмякнула… обмякла.
Даня путается в словах. Жестикулирует, намекая на части моего тела, которые больше не имеют консистенцию ореха.
Зажмуриваюсь с такой силой, что под веками звездочки. Больше я этого не выдержу. Обмякла я, видите ли. Или «обмякнула», все одно.
Так бы и заехала сейчас по довольной роже мужа, или не только по роже, чтобы и у него тоже все обмякло.
Все. Я ухожу. Если ноги не послушаются, уползу отсюда. Съеду вниз по лестнице на моей обмякшей попе.
Гад. Какой же Даня гад!
А я дура. Обмякшая.
– Вам помочь? – Ко мне подходит администратор клуба. Бросив взгляд на приоткрытую дверь, хмурится и тут же ее закрывает. Бесшумно.
Слежу за ее действиями, немая от шока.
– Вы упали? Что-нибудь повредили? – раздается глубокий мужской голос над моим плечом.
Да, я повредила сердце. И душу.
Не дождавшись ответа, мужчина наклоняется и протягивает ко мне руки.
– Я помогу вам встать.
Безвольно принимаю его помощь. Стою, пошатываясь.
– Спасибо, – выдавливаю хрипло.
Администратор топчется рядом, нервно переплетая пальцы. Еще бы ей не волноваться! Мировая знаменитость, звезда спорта, великий Смерч прибыл в клуб, а заказчик – неуравновешенная жена юбиляра – валяется в полуобмороке, потому что застукала мужа с другой.
Пытаюсь взять себя в дрожащие руки.
– Спасибо, что согласились приехать. Это я вас… заказала. Екатерина Жд… пока что Жданова.
Уголок его рта приподнимается в усмешке.
– Приятно познакомиться, Екатерина пока что Жданова.
5
Поднимаю взгляд на мужчину, лицо которого часто вижу на телевизионном экране, когда муж смотрит матчи. Судорожно пытаюсь решить, что делать. Ассистент сказала, что звезда спорта опоздает, а он, как назло, приехал вовремя. Права была Вера, моя подруга, – надо было посвятить одного из мужчин в нашу тайну и рассказать о подарке, тогда бы мужья не устроили безобразие.