– Я что-то нашёл! – вскрикнул Винс. – Это кости.
Джессика не в силах совладать со своими эмоциями, начала ронять слезы от ужаса, а Винс с болью в груди расчищал останки от растительности.
Кости были большие и довольно тяжёлые. Винс решил снять пиджак и сложить кости в него.
Элоиза стояла неподвижно, словно все ещё прибывала в шоке от случившегося. Она с грусть смотрела на то, как Винс укладывает кости в пиджак и пытается найти все, чтобы ничего не забыть. Череп не поместился у Винса в пиджаке, поэтому, Джессика сняла рубашку и уложила в нее одежду Элоизы, череп и кинжал, с черной рукояткой, на которой очень искусно были выгравированы две змеи. Ее слезы, очень искренние, капали на останки, оплакивая того, кому они принадлежали.
– Когда ты плачешь, я чувствую тепло, – вдруг произнесла Элоиза. – Меня уже давно никто не оплакивал. Я не ощущала этой теплоты внутри, не ощущала себя частью этого мира, словно меня никогда и не было. Уже давно, я существую только как тень. Как печальный пережиток прошлого, которое никто не хочет вспоминать.
– Мне очень жаль, – повторяла Джес, не в силах совладать с эмоциями, – мне безумно жаль.
– У тебя доброе сердце, Джес, – шепнула Элоиза и исчезла.
Остаток пути, им пришлось идти самим. Элоиза исчезла, не дождавшись рассвета, словно он напоминал ей о былой жизни, о Грегори, о ее несбывшихся мечтах, планах, желаниях. Винс звал ее несколько раз, но она так и не появилась. Благо, путь был недолгий, и на пути не оказалось преград, к тому же уже начинало светать, что немного приглушило их страх. Поэтому Джес и Винс благополучно добрались до машины и поместили останки в багажник.
Оставшиеся 40 минут пути, Винс и Джес ехали в полном молчании. Их разум был забит эмоциями, воспоминаниями, личными переживаниями, которые оставили шрамы на сердце. Они думали о том, что, так нелепо тратили свои бесценные часы жизни, о том, что могли ценить, но не делали этого, о том, что жить гораздо приятнее, чем умереть и остаться забытым. Их мысли были заняты одним и тем же, и думали они практически об одном и том же. О жизни и смерти.
***
Дорога в 40 минут пролетела как пара мгновений. Мысли поглотившие их разум заставили время идти быстрее.
– Мы на месте, – прервал долгое молчание Винс и посмотрел на Джессику.
Он видел в ее глазах теплоту, нежность, эмпатию. Все, чего раньше не замечал.
– Ты чудесно выглядишь, – вдруг вырвалось у Винса, хотя он хотел сказать, что дорога была долгой. Он едва сдержался, чтобы не ударить себя по лбу.
Джес не смогла сдержать улыбку. Невероятная сила, поддерживала в ней тепло и даровала силы и невидимую энергию, чтобы делиться ею с другими. Она смотрела на него блестящими глазами, не отрываясь, а затем обняла его, когда он расстегнул ремень безопасности.
Сердце Винса ликовало, находясь в ее нежных руках. Одно ему было не понятно, почему Джес так же как и он может видеть мертвых. Он ведь был проклят, а она нет. Она была светом, красотой, чудом, которое ему пришлось встретить однажды. Он не хотел для нее такой же участи, не хотел, чтобы её сердце познало боль и зачерствело, но не знал, в его ли силах это предотвратить.
– Нужно идти, – пробормотал Винс, когда Джес его отпустила.
– Напомни, что мы ищем?
– Мы должны найти черную книгу, которая находится в нашем фамильном склепе, а также листок испачканный воском. Уверен, он по-прежнему лежит под маминым матрасом.
– Но ты ведь сказал, что книга проклята, и ее нельзя трогать?
– Весь мой род проклят, – ответил Винс. – С того самого дня, как мама ею воспользовалась.
– Кто же тогда ее проклял?
– Если б я знал, – ответил Винс и пожал плечами. – Поэтому, ни в коем случае не трогай книгу! Если увидишь ее, где-то, лучше позови меня.
– Ладно, обещаю, – ответила Джес и улыбнулась Винсу. – Я готова идти.
Джессика и Винс неторопливо вышли из машины, прямо перед большими железными воротами, которые частично заросли вьюном, как и большая часть забора.
Несколько минут, Винс копался в заднем кармане брюк, в поиске ключей.
– Уже не помню, каким ключом, что открывать, – пробормотал Винс. – Я не был тут уже очень давно.
Винс пытался подобрать подходящий ключ, а Джессика стояла рядом и озиралась по сторонам.