- Буду нем, как могила, - заверил ее профессор. - У вас есть еще какие-нибудь пожелания?
- Да. Пожалуйста, зовите меня по имени, - попросила она. - Здесь я просто ваша студентка.
- Это будет непросто, но я постараюсь! - пообещал Рональд. Его вечно хмурый лоб разгладился от теплой улыбки. - А знаете, мне ведь льстит ваша просьба! Особенно то, что вы обратились с ней не к кому-то, а именно ко мне! Так недолго и зазнаться! Когда начнем?
- Чем раньше, тем лучше: у меня всего две недели отпуска.
- Две недели? - изумился профессор. - Это же совсем ничего!
- Мы сможем продолжать занятия и после отпуска, - поспешила заверить его Юлиана. - Только у меня очень нестабильный график работы. К тому же я постоянно в разъездах, так что придется согласовывать каждую встречу в отдельности.
- Не будем загадывать так далеко! - оборвал ее Рональд. - Пока достаточно и двух недель. За это время я смогу понять, не теряем ли мы время зря. Итак, жду вас завтра к восьми утра. А сегодня я буду перекраивать свой график.
Глава 21
Утром следующего дня Юлиана приступила к занятиям. В первые же часы занятий ее ученический энтузиазм рассеялся, как туман под жарким солнцем: она не понимала и половины из употребляемых профессором терминов. Поначалу он относился к этому снисходительно и объяснял ей значение каждого из них, но через несколько часов стал выходить из терпения, когда она спрашивала про казавшиеся ему очевидными вещи.
В итоге, к трем часам дня голова девушки гудела от бездумно заученной информации, а сердце сжималось от тревоги, что профессор не захочет продолжать их занятия.
Чтобы этого не произошло, герцогиня посвятила остаток дня изучению неясной ей пока терминологии в надежде хоть частично вникнуть в завтрашние наставления Фергюсона.
Просидев за справочниками до четырех утра, она попробовала уснуть, но перегруженный новой информацией мозг никак не мог отключиться. В шесть, измученная и невыспавшаяся, Юлиана с жалобными стенаниями сползла с постели и поехала в больницу.
Профессор встретил ее вполне дружелюбно. Нарядил в белый халат и объявил, что сегодня он начнет учить ее на практике.
В качестве учебного пособия он выбрал одного из своих пациентов - меланхоличного двадцатилетнего паренька, страдавшего от затяжных депрессий. Фергюсон решил докопаться до первопричин его проблем с помощью гипноза.
Сначала все шло просто отлично, но как только речь зашла о детстве больного, тот словно обезумел: закричал, вскочил с кресла и бросился к двери. Профессор попробовал его остановить, но паренек схватил стоявшую на столике в углу вазу с цветами и швырнул ему в голову. Фергюсон ловко увернулся, будто проделывал такие трюки несколько раз в день, и ваза, пролетев в двух сантиметрах от его виска, вдребезги разлетелась о стену.
Руку Юлианы обожгло болью: один из осколков, отлетев от стены, глубоко вонзился ей в запястье.
Пока Фергюсон успокаивал разволновавшегося пациента, она вытащила из раны кусок стекла и прижала к кровоточащей руке носовой платок.
Через пару минут больной угомонился и профессор отправил его обратно в палату.
- Как видите, реакция пациентов бывает непредсказуемой, поэтому никогда не следует забывать об осторожности! Голову оторву тому, кто принес сегодня эту вазу! - рыкнул Рональд.
Его взгляд упал на быстро алеющий платок, и он резко замолчал: вид крови нередко доводил его до беспамятства.
- Вы мне сейчас весь пол зальете! - воскликнул он, делая между словами глубокие вдохи, которые помогали ему хоть как-то сохранять ясность сознания. - Уходите немедленно!
- Куда? - растерялась Юлиана, плотно прижимая к порезу ткань.
- Идите в соседний корпус! Второй этаж, 113 кабинет. Доктор Тодес вас перевяжет. А потом ступайте домой: на сегодня наше занятие окончено!
Он снова мельком взглянул на руку девушки и пошатнулся от поплывших перед глазами зеленых кругов.
- Да идите уже, сколько можно вам повторять! - нетерпеливо гаркнул он, страстно мечтая рухнуть в обморок не в ее присутствии.
- Хорошо. До встречи! - пробормотала Юлиана и ушла искать указанный ей кабинет, по пути размышляя, почему профессор так взъярился на нее. Очень похоже, что он просто испугался вида крови, но разве такие люди идут в медицину? Может, правда так боялся, что она закапает кровью его ковер?