Все эти хлопоты позволяли герцогине отвлечься от мрачных мыслей о выборе палача. Время неумолимо шло вперед, но подходящей кандидатуры на эту роль так и не появлялось: все достойные этой должности кандидаты ей не нравились, а более-менее приемлемые не соответствовали высоким требованиям инкатории. Спасало лишь то, что Оберон эту неделю был в отъезде - повез Энтони на недавно открывшийся курорт. По словам Тони, они собирались пробыть там до следующих выходных. А потом король вернется и навяжет ей Гарда, и давно бы уже сделал это, если бы не заступничество Энтони.
Тем временем комиссар Демме вовсю осваивался на новом месте работы и с упоением расследовал поручаемые ему Юлианой дела. Он снова чувствовал себя полезным и нужным и выкладывался, как никогда.
Дабы не потерять такого ценного, но до невозможности принципиального кадра, герцогиня тщательно отбирала поручаемые ему дела и была готова к возможным отказам с его стороны. Она жалела лишь об одном - Демме нельзя было взять на должность палача. Для этой роли ей требовался менее щепетильный и более нахрапистый человек.
Пока "Кольбер" мчался из инкатории за тонущий в сумерках город, девушка смотрела на мелькающие за окном остовы деревьев и размышляла как выкрутиться из сложившейся ситуации. Неожиданно водитель резко ударил по тормозам. Машина дернулась, по инерции проехала еще несколько метров и остановилась.
- Что случилось, Гай? - встревожилась Юлиана.
- Придурок какой-то на дорогу выскочил! - сердито выпалил шофер. - Простите за грубость, Ваша светлость!
На дороге перед машиной действительно стоял человек. Яркий свет фар хорошо освещал его мощную фигуру, но лица было не различить за прикрывающей глаза рукой. Впрочем, Юлиана и без этого сразу же признала в нем Дэниела Винтера.
Сзади захлопали дверцы - из машины сопровождения выпрыгивали гвардейцы.
- Сейчас я с ним разберусь! - отстегивая ремень безопасности, с угрозой пообещал сидевший рядом с Гаем Шерман.
- Не стоит. Я сама поговорю с ним, - ответила Юлиана и опустила стекло, впуская в машину сырой холод. - Вернитесь в машину! - велела она пылающим гневом охранникам.
К этому моменту Винтер вполне успел привыкнуть к свету. С опаской поглядывая на недружелюбно настроенных гвардейцев, он радостно подскочил к открывшемуся окошку.
- Вы едва не спровоцировали аварию, - сухо отчитала его Юлиана. - У вас ровно минута для того, чтобы объяснить, зачем вы это сделали.
Широкая улыбка на лице врача померкла: такой холодной встречи он не ожидал.
- Э-э-э... Я просто поговорить хотел. Мы так давно не виделись... - неловко пробормотал он.
- И ради этого вы бросаетесь под колеса?
- Э-э-э... Угу, - кивнул еще больше стушевавшийся Дэниел.
- Раньше вы мне казались вполне разумным человеком! Теперь я лишний раз удостоверилась, что у нас с вами не может быть ничего общего! - Юлиана нажала на кнопку стеклоподъемника и скомандовала: - Гай, поехали!
Водитель не без удовольствия выполнил ее приказ. Машина рассерженно заурчала, отгоняя от себя беспомощно моргавшего Винтера и укатила прочь.
***
- Вот блин! Уехала... - пробурчал Дэн, глядя вслед хищно-красным продолговатым огонькам, и подышал на озябшие за время ожидания пальцы. - Между прочим, я не дурак! - оскорбленно прокричал он в пустоту шоссе. - Сама бы подумала, как еще я мог встретиться с тобой? Ты вон где, а я... А я не там... А хочется...
Он присел на торчащий возле дороги валун, обхватил голову руками и прохныкал:
- Ну что тебе стоит взять меня на работу?.. Ты даже представить себе не можешь, как мне осточертела эта больница!
Прятавшийся в камне холод пополз по коже Дэна. Зацокав зубами, он неохотно встал и устремил жаждущий взгляд в сторону такого близкого - всего-то пара километров! - дома герцогини. В его кармане беспокойно заворочался телефон: звонила жена.
- Дэниел, милый, куда ты пропал? - раздался в трубке ее взволнованный голос. - Ты получишь новую работу? Мне не терпится узнать, как прошло твое собеседование?
- Отвратительно! - с чувством глубокой горечи выплюнул Винтер. - Меня даже не выслушали!
- Снова Ашман расстарался?
Признаваться жене, что он набивается в помощники самой инкаторше, Дэн не посмел: Элен до конца жизни будет над ним смеяться, поэтому, как обычно, соврал: