Меня моментально накрывает волной волнения. Я не знаю, что мне делать, как вести себя в этой ситуации, я просто застываю, моё тело будто сковало спазмом, и я просто наблюдаю за этой картиной. Девушка подходит, кокетничает, улыбается, соблазнительно трогает себя при разговоре… А меня бросает в жар, и начинает трясти, прохаживаясь холодной дрожью по телу. Внутри тоже всё холодеет, и опускается к пяткам.
Марк безразлично бросает взгляд на девушку, осматривает её с ног до головы, и ухмыльнувшись, отводит взгляд и отпивает со своего стакана ещё спиртного. Поднимает взгляд и, натыкается им на меня. Он просто прожигает меня взглядом без единой проявленной эмоции. Просто сидит и тупо смотрит на меня в упор. На мои глаза наворачиваются горячие слёзы, начиная застилать глаза.
Девушка ещё что-то говорит, обходит журнальный столик и садиться к Марку на колени, но он по-прежнему смотрит только на меня.
Затем, вздёрнув подбородком, он поворачивается к девушке, и кладёт одну руку ей на талию придерживая, а вторую на колени. И это вызвало ещё один импульс внутри меня.
Марк снова поворачивается ко мне, и дёргает бровью, мол: ну что, теперь тебе тоже весело?
Я качаю головой, безмолвно отвечая на его немой вопрос.
С глаз срываются первые слезинки. Я заглатываю побольше воздуха, мне трудно дышать – грудь сдавило спазмом. Отвожу взгляд, и опустошённая разворачиваюсь и иду сама не понимая куда. За спиной что-то роняют на пол, а после слышу насмешки со стороны и недовольные вопли девушки, и то, как она ругается на Марка.
Он что, скинул её со своих колен прямо на пол? Это что же, он таким образом наказывал меня?
Уйти далеко мне не позволили, за какие-то считанные секунды меня подхватывают рукой под локоть и разворачивают на сто восемьдесят градусов.
— Ну что? Навеселилась? — гневно спрашивает у меня Марк. А я просто начинаю плакать. Едкие слёзы срываются снова и снова, накрывая новой волной чувства вины.
Подбородок дрожит, мне жарко от слёз, глаза выедает, а в лобно-носовой части просто выжигает. Я сейчас в разбитом и подавленном состоянии… Я хочу домой!
Всхлипывая, я просто подхожу к Марку; протягиваю руки и обнимаю его вокруг талии упираясь лицом в мощную грудь.
Несколько секунд он просто стоит, но потом успокаивающе обнимает в ответ. Я чувствую его поддержку, его защиту, чувствую, что небезразлична ему, в каком бы состоянии он не был бы, он беспокоиться обо мне. И от этого меня накрывает ещё большим чувством вины.
— Прости меня, — бормочу трясущимися губами, продолжая плакать. — Я не думала, что всё может быть именно так. Я не собиралась ехать на эту вечеринку, но твой запрет… а потом Захар с Алиной… и всё как в тумане. Прости, что не слушала тебя. Поехали домой, пожалуйста. Я не хочу здесь больше находиться.
— Поехали, — говорит с небольшой заминкой. — Надеюсь урок усвоен, и впредь ты будешь прислушиваться ко мне. Аврора, пойми, я не хочу тебя в чём-то ущемлять, или лепить из тебя послушную куклу, я просто хочу, чтобы ты научилась просто «слышать» меня, – не «слушаться», а именно «слышать». Понимаешь разницу? Мы не сможем двигаться дальше, если будем тянуть телегу в разные стороны.
Он держит мою голову обеими руками и пристально смотрит в глаза. И после всей этой ситуации до меня доходит, что всё это время Марк пусть и грубоватым, где-то деспотичным образом, но так он проявлял свою заботу и волнение за меня. Мне лишь нужно было научиться слышать его.
Я киваю, соглашаясь с ним. Марк поднимает голову отрывая от меня взгляд, тут же фокусируя его на чём-то, или на ком-то. Взгляд становиться озлобленным, глаза темнеют практически до чёрного оттенка.
Оборачиваюсь, и вижу, как Захар целуется у лестницы, ведущей на второй этаж с Мирай.
Марк закипает моментально. Он срывается с места и идёт в их сторону. Хватает Захара за плечо и разворачивая к себе бьёт с кулака прямо по лицу.
Я вскрикиваю, и поджимаю кулачки к лицу от такой довольно агрессивной картины.
Марк начинает на него орать, чтобы больше не приближался к Мире, но Захар огрызается. Мира тоже взрывается на брата, и… и это просто адская смесь. Мира в характере ничуть не уступает Марку.
— Только через мой труп ты будешь с ним, поняла! — кричит Марк на сестру, указывая рукой на Захара.
— Ага, сейчас! Я твой выбор приняла, прими и ты мой! — кричит в ответ Мира.
— Какой угодно, но только не этот!
— А чем это я тебя не устраиваю? — вклинивается в разговор Захар.
— А сам не догадываешься, нет? Ты редкостное мудило! — говорит на повышенных тонах Марк, развернувшись к Захару.