Я не выдерживаю. Срываюсь. Хватаю дядьку за горло и припечатываю к металлической двери. Его вампиры вначале расступились, пропуская нас, а затем начинают шипеть и обступать меня. Мои тоже поднимаются на мою защиту.
В моих глазах жар. Дядька смотрит на меня и бледнеет ещё больше. Он ни разу не видел моего истинного облика.
— Are you saying that my blood is unclean? (Хочешь сказать, что моя кровь нечиста?) — склоняюсь к его лицу. Мы с ним практически одного роста.
Дядька дёргается.
— Then why are you twitching? If I don't deserve your place, or a place next to you. So I deserve it. Or not? what do you think? (Тогда чего дёргаешься? Если я не заслуживаю твоего места, или места рядом с тобой. Значит заслуживаю. Или нет? Как Ты считаешь?)
Рэй сглатывает. Кожа на его шее начинает слегка тлеть.
—I'm not messing with you, and I'm not claiming the throne. Please stay out of our family, too. But keep in mind: if my family and neighbors are in danger, I will blow your head off without hesitation. Nod if you understand. Pure-blooded. (Я не лезу к тебе, и не претендую на трон. Не лезь и ты, пожалуйста, в нашу семью. Но учти: если моей семье и ближним будет грозить опасность – снесу башку, не раздумывая и тебе. Кивни если понял. Чистокровный.) — На последнем делаю акцент.
Дядька опускает взгляд, как нашкодивший щенок. Он принимает мой статус и превосходство.
Отпускаю его. Он отползает в сторону, потирая ладонью израненную шею. Кивает, в знак согласия.
Вампиры выходят за дверь, Рэй же, останавливается в дверном проходе, оборачиваясь на вампиров которых предал.
Они покорно стоят за моей спиной, провожая гостей строгими взглядами. Я бы хотел, чтобы они вернулись домой, но они выбрали меня, и не желают следовать за предателем. И я уважаю их выбор. Я бы тоже не вернулся туда, где меня не ценят и могут предать снова.
Дядька понимающе кивает, опуская взгляд. Разворачивается и уходит.
— Я горжусь тобой. — Встал рядом папа. — Ты стал совсем взрослым. А я этого даже не заметил. Мне всегда казалось, что вы с Мирай ещё маленькие. Но время летит… И вот я уже скоро стану дедушкой.
— Пап…
Я бы хотел сказать, что я это не специально, но… какая уж теперь разниться? Теперь мне нужно думать об Авроре и ребёнке. Дом, работа, ребята за спиной, за которых я теперь тоже в ответе, а ещё, блядь, незаконченная учёба… Вообще не представляю, как всё это буду совмещать и вывозить!..
— У тебя всё получиться, — говорит папа, будто прочитав мои мысли. — А если нет, то мы с мамой всегда рядом, — папа едва заметно улыбнулся.
Киваю, едва улыбнувшись. Но сейчас очень трудно выдавить хотя бы какое-то подобие улыбки.
Двигаем на выход. В коридоре замечаю лежащего мёртвым на полу отца Захара. Они по всей видимости пытались покинуть бункер, но и сами стали жертвами своих же подопытных.
Чуть поодаль замечаю отца Авроры. Он ранен. Вампиры здорово его искусали.
— Александр Николаевич! — подскочив, опускаюсь рядом на корточки.
— Марк… — он слегка испуганно дёргается, но сил на большее не хватает.
— Не бойтесь. Я вас не трону. Тем более вы пытались защитить меня перед…
— Да, пытался… — хрипит. — Жаль только, что не такой смелый… как хотелось бы.
— Да ладно вам причитать. Всё же хорошо.
Кусаю себе руку и протягиваю ему, чтобы залечить раны.
— Нет, — категорично.
— Да бросьте, вам нужна помощь. Да и… если Аврора узнает, что я мог вам помочь и не помог, то… Да я сам себя перестану за это уважать.
Надавив на руку, капаю кровью на его раны. Аккуратно поднимаю на руки и выношу из злосчастного бункера.
На улице скоро рассвет. Поэтому нужно убираться отсюда как можно скорее.
Глава 50
Глава 50
МАРК
— Марк! — радостно воскликнула Аврора, рванув ко мне.
Пока мама ругалась с дедушкой Вардом, пытаясь прорваться мимо него, Аврора внимательно наблюдала за входом в бункер, первой заприметив нас.
Ставлю её отца на ноги. Ему вроде бы лучше, но всё равно ещё слабый. Папа придерживает его под локоть.
Аврора с ходу запрыгивает на меня, повиснув на шее. Она начинает рыдать, всё крепче прижимаясь ко мне, не заботясь о том, что я весь грязный, в пыли и крови.
Обнимаю её в ответ, зарываясь пятернёй в растрёпанные волосы на затылке, а лицом в изгиб у основания шеи, жадно вдыхая её запах. Медленно опускаюсь на землю усаживая на свои сложенные колени. Она тоже зарывается пятернёй в волосы на моём затылке и скрещивает ноги за спиной.