Проснувшись с утра спускаюсь на кухню поставить чайник. Вампиры в гостиной тихонько галдят о своём.
Прохожу дальше.
Не доходя до кухни слышу в прихожей какие-то пьяные шорканья.
Выглядываю из-за угла. Мира вешает кожаную куртку, и скидывает тяжёлые ботинки.
Да она в дрова!
Глава 51
Глава 51
МАРК
— О! — поднимая голову, замечает меня в дверном проёме. — Доброе утро, братиш! Решил встретить меня лично с утра пораньше, или отчитать?
— Ты где так нализаться уже успела? — скрещиваю руки на груди.
Цокнув языком, закатывает глаза:
— Начинается, — недовольно тянет. — Отмечала нашу-вашу победу, ещё со вчерашнего вечера. — Наступив носком на пятку скидывает второй ботинок, опираясь руками о крышку комода.
Качаю головой осматривая её внешний вид с ног до головы. Хмурюсь, глядя на её растрёпанную капну.
— Что у тебя с волосами?! — встревожился я. Делаю несколько шагов вперёд, подхватывая хаотично остриженные и сбитые пряди у лица.
— Не твоё дело! — зло выдёргивает пряди из рук, откидывая назад. — Это у меня новый стиль такой. Ава… ава… авангард, называется. Может слышал?
— Ава… чего? — тут же встряхиваю головой, прогоняя её басни. — Так. Ты мне тут с темы не съезжай. Кто тебя обидел? Кто стриг?
— Да угомонись ты, а! Сама я стригла. Ясно? Сама. И у меня всё окей! — вскидывает пальцы, показывая это самое «окей».
— Угу. Я вижу. Где ты ночевала?
Начинает хихикать.
— А вот это вообще забавная история! — снова ржёт. — Даже предположений не имею, где, как, и при каких обстоятельствах я его выцепила, но ночевала у этого… — щёлкает пальцами, вспоминая. — Очкарика белобрысого. — Демонстрирует на своих глазах импровизированные очки соединив большой палец с указательным удерживая остальные пальцы прямыми и расслабленными вдали на обеих руках.
Шагнув, спотыкается о свои ботинки, и едва не летит носом в порог.
Ловлю, подхватывая сестру за локоть.
— Спасямба! Не дал сеструхе упасть в грязь лицом. — Снова ржёт.
— Смешно тебе, да, что едва нос себе не расквасила?! Ты вообще в курсе, что женский алкоголизм неизлечим?
— Бла-бла-бла… Хватит нудить, а? Мне не пять лет. Хотя в пять ты был намного веселее. Выключай заботливого папочку… хотя, чёрт возьми, тебе идёт!
— Так, ладно, — закинув её руку себе за голову, подхватываю на руки и несу в ванную на втором этаже. Тяжёлая она, пипец! С Авророй, конечно, не сравнить.
Ставлю на ноги, вытягиваю из карманов телефон, жменю мятых купюр и мелочь.
Укладываю в ванную так, прямо в одежде, переключаю на лейку, регулирую воду и поливаю это пьяное недоразумение.
— Ты чо?!.. — пьяно закрывается от струй руками.
— Ну что? Легче?
— Ты намочил меня. Я теперь мокрая!
— Мир, что с тобой происходит? Я же вижу, как тебе плохо. Поделишься?
Умываясь, проводит ладонями по частично мокрым волосам, приглаживая. Поднимает голову, смотрит в глаза. Под глазами всё чёрное от туши.
— Я могу чем-то помочь?
В её глазах собираются слёзы.
Присаживаюсь на корточки у края ванны.
Шмыгнув носом, обнимает меня.
— Прости меня за всё. Ты такой хороший. А я… Вот что со мной не так? — отстраняется.
— Всё с тобой нормально. Просто ты слишком доверчива и наивна.
— Вот это по всей видимости меня и погубило. Нельзя было оголяться перед человеком настолько сильно. Но ведь я была уверена, что он тоже меня любит. А он… оказался обычной сволочью. Абьюзер.
— Захар.
Кивает.
Упираясь локтями в колени зарывается пальцами в мокрые волосы, склоняя голову.
— Это было жёстко. Я выгораю. Если уже не выгорела.
— Тебе нужна помощь специалиста, — говорю, понимая масштаб трагедии. Эта гнида здорово над ней поработала. Психологически. Мира уже сама не понимает в какой стадии находиться. Она застряла между одержимостью и отрицанием.
— Чего молчишь? — толкаю её. Мира зависла в одном положении.
— Думаю.
— Тебе нужно отвлечься.
— И я о том же. Не весь же мир сошёлся на Захаре? Правда? Матвей так смотрел на меня сегодня…
— Так ты у него ночевала? — вскидываю бровями.
— Я же говорю, забавная история. Вообще не помню, как и где его встретила. Не говоря уже о том, как к нему домой попала.
— Так он же ботаник. Ты ведь сама говорила, что он не в твоём вкусе.