— Да, это интересная вещица, — согласился со мной продавец, — избавиться от нее не так-то просто. Пойдемте, леди, посмотрим, что можно сделать.
Он повел меня куда-то вперед, я небрежно махнула рукой Хэлару, указывая следовать за нами. Мне очень хотелось извиниться перед эльфом за все, что тут происходит, но я старательно держала себя в руках. Еще успею. Главное, чтобы все закончилось просто пренебрежительным отношением, и все.
На территории рынка рабов у самой городской стены был поставлен кособокий и явно на скорую руку сколоченный домик. Заходить в него не хотелось, но я понимала, что на виду у рабов никто не станет ошейник снимать.
Внутри оказалось еще хуже, в принципе, это просто было место, где можно подсчитать деньги, пересидеть какое-то время. Пустые стены, трехногий табурет и грубо сколоченный стол. Но хоть достаточно светло, так как солнце пробивается сквозь огромные щели в досках.
— Для начала хочу спросить, — мужичок как-то резко сделался крайне серьезным, — у вас есть документы на этого раба?
— Нет, но есть кристалл, — я достала полупрозрачный камень из кармана, — видите ли, я перекупила его прежней хозяйки. Про какие-то бумаги на раба она мне не говорила.
Документы… как можно составлять что-то на живое мыслящее существо? Что-то неладное творится в Гарраде, определенно. Как будто уже существует какая-то проработанная схема, по которой действуют уже довольно продолжительное время.
— Ясно… — протянул продавец, — давайте сюда.
Я осторожно отдала артефакт, и когда сухие узловатые пальцы неожиданно крепко сжали камень, едва не вскрикнула. Сзади послышался грохот — Хэлар упал, судя по всему. Но крайне молчаливо, не издавая ни звука.
Мне очень хотелось повернуться, но я боялась выдать свои эмоции, вдруг нельзя так сильно переживать за раба? И, кажется, я оказалась права — мужчина следил не за корчащимся на полу эльфом, а за моим лицом.
— Что же, кристалл явно подходит, — постановил он, спустя бесконечно долгие секунды.
Мне казалось, что за это время я успела несколько раз умереть — сердце так болело за Хэлара, на которого я даже взглянуть не могла, зная, что сорвусь.
— Зачем вы это сделали? — все-таки не удержалась, наблюдая, как рабовладелец кладет камень на стол.
— Хотел убедиться, что раб действительно ваш, — ответил он, — и что вы не привязаны к нему.
— А вам какое дело⁈ — возмутилась, внутренне благодаря свою сдержанность, хотя по ощущениям я была готова вот-вот взорваться.
— Не советую вам влюбляться в раба, леди, — каким-то мерзким псевдоотеческим тоном сказал мужчина, — это может плохо закончится, так как рабов с вами держит только ошейник с кристаллом. Не будет их, и он сразу же вас покинет. Или, что хуже, попытается убить. Но вижу, вы не сильно к нему привязаны, раз не захотели помочь.
— Не собираюсь я в него влюбляться, — отозвалась я уже немного раздраженно, — просто хочу освободить. Это что, так сложно? Заплатить я готова, с этим никаких проблем.
Нашелся тут аналитик чужих привязанностей!
— Да-да, конечно, — закивал мужчина, — это будет стоить пятьдесят золотых.
Какой-то грабеж, если честно. Но спорить я не стала, опасаясь, что это повлечет за собой еще большие разборки.
— Хорошо, — кивнула и потянулась к кошелю.
— Прикажите рабу подойти ко мне, — распорядился продавец.
Ему что, так сложно обратиться к Хэлару напрямую? Я прикусила щеку изнутри и повторила приказ.
Глава 44
— А он у вас с характером, — заметил мужчина, приглядываясь к ошейнику Хэлара и, видимо, замечая так и не зажившие ожоги, — может, подумаете еще раз?
— Может, вы уже сделаете свою работу? — предложила я. Заметила, что эльф странно смотрит чуть ниже моего лица, перевела взгляд вниз — кончик косы выбился из капюшона и ярко светился.
Судорожно поправился волосы, запихав их обратно под ткань. Ну точно от нервов я начинаю светиться. Хорошо, что рабовладелец ничего не заметил, все свое внимание сосредоточив на артефакте.
— Да тут пятиуровневая защита, — пробормотал он, — кто, говорите, был предыдущим владельцем?
— Та леди изволила остаться инкогнито, — пожала плечами, внутренне холодея.
— Кто-то из очень богатых и именитых, — хихикнул мужичок, водя руками над ошейником, — успела в первую волну продажи эльфов, значит, близка к верхушке. Может, принцесса решила поразвлечься?
— Ее бы я точно узнала, — уверила я. Еще немного, и я просто не выдержу. Он совсем не способен просто работать, а не болтать?