- Мероприятия?
Леха серьезно отвечает:
- Сердечно-легочная реанимация, раствор глюкозы внутривенно струйно, и капельно под язык. Сердечно-сосудистых и церебральных нарушений на данный момент нет.
Они долго общаются на своем языке, состоящем только из терминов, о значении которых мы только догадываемся.
Все немного успокоились, и дядя Витя уже не похож на живой труп. Его все же решили забрать в стационар, так как острое состояние возникло стремительно, это внушает опасения. Это я поняла со слов Леши. Слава Богу, все обошлось.
- Спасибо! Большое. - взволнованно говорит Ваня врачам, когда они закончили.
- Спасибо говорите вашему реаниматологу. Если бы не он, лежать бы сейчас Виктору Михайловичу в глубокой коме, а то и дальше.
- Леш, молодец... - обнимает парня моя мама и чуть не плачет.
Даже папа огладывает его с каким-то удивлением. Что уж говорить о нас, тех, кто смотрит на Воронцова как на полубога.
- И как ты это сделал?
- Это моя работа. - просто отвечает Леха.
Он спокоен и даже не взволнован. Только сходил умыться.
Скорая уехала, Ваня поехал за ней. А мы остались в тишине. После такого шока никто не может прийти в себя. Наверное, приходит осознание, все мы смертны. Каждый уверен, что это далеко, не про него, а на самом деле - и не заметишь, как тебя не станет. И только такие люди, как Леха - смелые, решительные и компетентные могут как-то повлиять на это. Отодвинуть этот ужасный момент, дать еще немного пожить на этом свете. Кажется, я только сейчас поняла, чем и как живет мой любимый человек. Он спасает жизни. Помогает людям. Не абстрактно или посредственно, а вот так, напрямую. Каждый день. Борется с чужой смертью, берет в свои руки чью-то жизнь и вытаскивает из жуткого состояния. Анестезиолог-реаниматолог. Раньше для меня эти слова ничего не значили, кроме того, что Леха ходит в халате по отделению, заигрывает с молоденькими медсестричками и иногда, так уж и быть, делает уколы. Нет. Он умеет отключать боль и сознание, чтобы облегчить муки человека в самые страшные для него минуты, он помогает выйти из этого неестественного и опасного состояния, он просто проводник между мирами.
Я так привыкла видеть в нем лишь мой сладкий десертик, легкомысленного и веселого тусовщика, но это лишь та его часть, которая была мне интересна. Я далека от медицины, для меня это другой мир. И кажется, я только сейчас осознала всю важность этой профессии. Пусть он не в состоянии отличить дрель от шуруповерта, но он может вот так, быстро и смело решить, как действовать в экстренной ситуации, когда на кону чья-то жизнь. Это бесценно. Я проглотила слезы. От восторга и гордости за своего человека. От того, как прекрасно открывать его в новом качестве, которое гораздо важнее всего, что я знала о нем до этого.
Мы садимся за стол. Все ожили и проявляют неподдельный интерес к моему парню.
- Ужас, Лех, как ты не боишься всего этого. Это ведь такая ответственность. - спрашивает Лена, психолог-теоретик.
- Чего этого? - Леха искренне недоумевает.
- Манипулировать с человеческим телом. Ведь ошибка может стоить жизни.
- В экстренной ситуации об этом не думаешь. Только о том, каковы шансы спасти человека. Тут скорее ошибкой будет - ничего не делать.
- Да, человек ко всему привыкает. Любая работа со временем становится рутиной. - Серега.
- А вот тут не соглашусь. - Леха горько возражает. - Работа в реанимации - это всегда рулетка. Когда ты по уши забрызган чужой кровью, и от твоих знаний и решений зависит буквально все, а время идет на секунды - ой, извините...
Леха замолчал, понимая, что тема не для стола. Потом добавил.
- Короче, к некоторым вещам невозможно привыкнуть. Я года два как перестал орать по ночам. В общем, хирургия -это не для всех. Помню, мама мне даже какие- то травки успокоительные покупала. - Леха уже хохочет.
- Ты же не хирург. - говорит брат.
- Ну и что, мне все равно нужно быть на всех операциях. Контролировать состояние больного, откачивать его, выводить из наркоза. Я вижу все это очень детально. Ладно, хватит уже обо мне. - Леха уткнулся в свою тарелку.
Боже мой, решил включить скромняжку. Я засмеялась и чмокнула его в висок на глазах у всей семьи. Такого мои домашние не видели никогда. Пусть знают, что кроме этого человека мне никто не нужен. Никакие Вани с их барскими замашками и амбициями. Папа как будто прочитал мои мысли, потому что встал и вышел из-за стола. Не знаю, из-за моего поцелуя или просто совпадение? Леха проводил его взглядом, затем тоже встал.
- Спасибо за ужин, теть Маш. Мне нужно ехать.
- Не за что. Привет маме.
- Обязательно. Пока, любимая. - он тоже по-братски чмокнул меня в лоб.