– Ты сам мне проболтался, что на следующих выходных ребята с твоего курса собираются за город на шашлыки. Не смекаешь? Это отличный шанс сделать свой ход. Представишь меня какой-нибудь дочерью маминой подруги, которая зарылась в учебники, света белого не видит, и ты решил взять ее с собой развеяться.
У Эллы уже был готов план. Она пыталась просчитать все до мелочей. Даже с Наной договорилась встретиться для консультации.
– Я не собирался ехать. У меня другие планы, ты уж без меня. Я и так тебе помог.
– Я заплачу, не парься. Вы же там скидываетесь, да? Можешь взять с собой своего Сашу, там и пообщаетесь, – уже бежала впереди паровоза неугомонная девушка.
– Стоп, стоп, стоп… Как я могу потащить его с собой в незнакомую компанию. Мы возможно с ночевкой останемся, там дача у кого-то.
– Тем более, очень близко пообщаетесь. Или… ты не готов открыться одногруппникам, да?
– Я тебя ненавижу, серьезно. И глазками не хлопай. Надо было тете Вале сказать, что ее гуманные методы воспитания выходят боком. Надо было лупить тебя больше в детстве.
Элла, чуя свою победу, улыбалась во все тридцать два. Виталик всегда сдавался под ее напором.
– Спасибо, – в порыве вскочила и сгребла его в медвежьи объятья.
– Это не бесплатно, учти. И Саша мне просто друг, ладно?
– Ладно-ладно, ты только помоги мне ко Второму подступиться.
– Это будет непросто, – покачал головой, глядя на довольную подругу, которая пила пиво.
Но когда это Эллу пугало или останавливало?
«В жизни есть только одна остановка – смерть. Остальные придумали слабаки, чтобы не жить на полную катушку», – как-то произнесла сакраментальную фразу Элла. И с ней сложно было не согласиться…
***
– Ты правда это сделаешь? – Ната смотрела на нее с сомнением, пока Элла надевала голубое платьице со скромным вырезом.
Элла пришла к ней в гости, чтобы взять несколько уроков и продумать гардероб. Конечно, и у нее были обычные вещи, а не только корсеты и чулки, но нужно было взглянуть и на вещи той, кто привлекла внимание Лео.
– Да, а чего такого? Думаешь, у меня не получится? – покрутилась у зеркала, придирчиво осматривая себя. В районе декольте было тесновато, у Эллы грудь побольше. Но в целом очень даже неплохо и длина скромная.
– Это как-то… Может, не надо… Он же не дурак, поймет.
– Блин, септум придется снять, – сокрушалась, не слушая невнятное бормотание девушки. – И макияж легкий сделать. Слушай, может, очки надеть? Или это совсем уж? Ты не в курсе на что у него стои́т?
Сзади раздался непонятный звук, видимо, сама постановка вопроса Наташу смутила.
– Ну а чего? Я должна быть соблазном во плоти, может, любить он меня не будет, это же не гребаная мелодрама, но должен хотеть, – присела на краешек кровати, поправляя волосы. – Что-то вроде запретного плода. Такие как он азарт охоты любят, а когда получают ценный приз, мгновенно остывают. Но мой приз ему не светит.
– А у нас с ним… ну… – смутилась Ната.
– Ой, да знаю, что он у тебя первый во всех смыслах. Нечего смущаться, у меня первым был Жорик, вообще ни о чем, тебе с этим Ди Каприо больше повезло, – махнула рукой и снова придирчиво стала рассматривать себя в зеркало.
– Ди Каприо?
– Ну, Лео же, пусть будет комплимент ему, хоть и не заслужил. В «Титанике» в роли Джека он хорош, хотя Роза мне тоже нравилась, в детстве хотела быть похожей на нее, такой распрекрасной и женственной. И чтобы меня какой-то красавчик-художник рисовал обнаженной и обещал бросить весь мир к моим ногам.
– Я так ревела, когда он погиб в конце.
Элла взяла ватный диск и тоник для снятия макияжа и с усердием принялась стирать стрелки и тени.
– И, слава богу, эта история тем и прекрасна, что закончилась на такой ноте. Они все равно вместе не были бы, жизнь не сказочка. Он бедный как церковная мышь, она из семьи аристократов. Я прям вижу, как она подтирает сопливые носы, готовит, стирает, убирает своими белыми рученьками. Позабавились и хватит.
– Но все могло быть по-другому, ненавижу, когда герои умирают. Это жестоко.
– Не помню где, но в каком-то сериале героиня была смертельно больна, а герою говорили, мол, зачем тебе этот мазохизм, она же скоро умрет, а у вас любовь-морковь. И он ответил что-то вроде, мол, они знают, что этому скоро придет конец, потому любят еще сильнее и ярче. Люди не ценят мгновения, потому что не знают, когда это может закончиться. А смерть киношных героев делает ценным время, которое они провели с близкими людьми.