— Нет. — Его глаза стали жесткими. — Я не могу позволить тебе рисковать. Я закрываю проект.
— Если ты прекратишь дело, я с полным правом назову тебя самонадеянным.
Он снова упрямо покачал головой. Она понимала, насколько он привык командовать, подчинять окружающих своей воле и получать то, что хочет, быть безжалостным, когда ему это нужно. Изабелла провела рукой по его щеке.
— Макс, — сказала она тихим рассудительным тоном, — мы совсем мало знакомы, но благодаря тому, что пережили вместе — опасностям и рискованным ситуациям, — знаем друг друга лучше, чем большинство людей, которые провели вместе всю жизнь. Разве ты этого не понимаешь?
Она заметила, что он внимательно слушает ее, но ничего не отвечает, и его взгляд остается скептическим.
— Со временем мы сможем быть вместе, — ровным голосом продолжала она, — любить друг друга без всяких ограничений, без оглядки на чужое мнение. Ты видишь, как сильно я тебя хочу. Хочу ощущать твои прикосновения лежать в твоих объятиях. И.уверена, что ты чувствуешь то же самое. — Она вопросительно посмотрела на него.
— И что? — коротко спросил он.
— Давай не будем спорить и портить короткие мгновения счастья, когда мы остаемся одни. Эти мгновения слишком драгоценны.
Макс опустил руки.
— Ты права, — глаза его наполнились нежностью, и он снова потянулся, к ней.
— Нет, — возразила Изабелла мягко, — тебя в машине ждет сотрудница, она будет гадать, что мы здесь делаем. У нее неизбежно возникнут подозрения.
Макс неохотно отпустил ее.
— Я позвоню тебе завтра насчет следующего свидания. — Он помолчал. — Ты уверена, что хочешь продолжить?
Она нежно улыбнулась, придерживая для него дверь.
— Ты говоришь о проекте «Поймать Громилу»? Или о нас? В любом случае ответом будет решительное «да».
Макс медленно направился вверх по лестнице. Перед его мысленным взором стояла Изабелла, какой она вышла из ресторана этим вечером. Ее лицо и фигура запечатлелись в его памяти. Он заметил тогда, что в профиль ее нос слегка напоминает орлиный, но это не портило ее красоты, а придавало лицу оригинальность и решительность. Глаза сияли под изогнутыми надбровными дугами, а тонко очерченные скулы были такими изящными, как резьба по дереву на церковном алтаре.
Когда она пошла навстречу мужчине, который позже унизил и внезапно покинул ее, ее груди вырисовывались под платьем, полные и округлые, и Макс видел изгиб ее бедра в прорези юбки.
Сидя в переполненном ресторане, почти касаясь коленями ног Эммы Хейс, он чувствовал себя так, будто находится один в картинной галерее и смотрит на великое произведение искусства. И, подобно молнии, его пронзила мысль — как сильно он влюблен в эту женщину, Изабеллу.
Он вспомнил ее поцелуй, и его сердце сильнее забилось в груди.
Сев на переднее сиденье автомобиля, Хоторн приказал везти его назад, в участок. Он знал, что ему следует отправиться домой и немного поспать, чтобы встать пораньше. Он также знал, что ему необходимо думать об Изабелле, вспоминать и ощущать ее в своих объятиях.
А когда он немного успокоится, ему надо хорошенько поразмыслить над тем, как защитить ее от повторения неприятной сцены, какую ей пришлось пережить сегодня.
Глава 13
На следующий день Изабелла снова проделала всю процедуру одевания, наложила макияж и тщательно причесалась, готовясь к свиданию с человеком, который мог оказаться ее преследователем.
Несмотря на фиаско с волокитой Джереми, на этот раз она чувствовала себя спокойнее и была готова к любым неожиданностям, даже самым неприятным.
За десять минут до приезда такси она набрала номер отца. На следующее утро ему предстояло отправиться на обследование. Она знала, что он терпеть не может, когда она о нем беспокоится, но не могла не позвонить.
— Нет никакой необходимости волноваться, Изабелла, — сказал он, как и следовало ожидать. — Все будет в полном порядке. За мной, как обычно приедет личный шофер, и миссис Прингл уже уложила все, что мне может понадобиться во время короткого пребывания в больнице. У мен» все прекрасно.
Изабелла улыбнулась.
— Разумеется, у тебя все в порядке, но я волнуюсь, именно для этого существуют дочери.
— Может быть, но не все.
«О Господи, — подумала Изабелла. — Он говорит о Луизе. Наверное, она не звонила ему уже много дней, что совсем неудивительно, если представить, каким холодным и ворчливым тоном он мог с ней разговаривать».
— Луиза шлет тебе привет, — твердо сказала Изабелла, словно ждала от него возражений. — Мы только вчера говорили о тебе.