— Самокритично. Знаете, сеньор Снейп, я склонен больше поверить во второй вариант.
Северусу многих усилий стоило сохранить невозмутимое выражение лица, ведь в этот миг все его надежды полыхнули как коробок магловских спичек — раз, и ничего не осталось. Всерьёз он не рассчитывал получить от сеньора предложение об ученичестве или хотя бы разовой совместной работе, однако сейчас ему в одночасье отрезали всё, лишили даже самого слабенького шанса на что-то стоящее после Академии. Это конец, бесславный конец будущей карьеры зельевара Северуса Снейпа, которая ещё и начаться не успела. Никто не захочет иметь дело с человеком, которого считают неблагодарным, никакой мастер. Не то чтобы магистр был неправ… всё же ситуация сложилась совсем уж нестандартная. Смысл ученичества в том, чтобы наставник передавал свои знания и умения тому, кто желал их получить, а Северус знал куда больше Слагхорна, это признавали все в Хогвартсе. Что мог дать ему старый морж, который ни как зельевар, ни как декан не стремился работать с полной отдачей? Но как объяснить это магистру, чтобы тот не посчитал Северуса банальным выскочкой, решившим утвердиться за счёт оскорблений и откровенного вранья в адрес бывшего профессора?
— Могу я узнать, почему вы решили именно так, сеньор? — медленно проговорил он, изо всех сил демонстрируя недоумение и смирение. Не возражать, только не возражать и не язвить, как Северус обычно начинал, когда его загоняли в угол.
— Мои коллеги переговорили с несколькими нашими выпускниками из Англии, — довольно миролюбиво ответил магистр, посмеиваясь над несчастным выражением лица Северуса. — Все они охарактеризовали вас как невероятно талантливого зельевара. Вы варили зелья в Хогвартсе на продажу?
Так, подвох номер два.
— Нет, выполнял только индивидуальные заказы. Фамильные рецепты или что-то, чего нельзя достать в аптеках. На остальное у меня не было лицензии, да и в школе на это смотрят косо.
— На попытку заработать своим трудом?
— Скорее, на демонстрацию, что ты настолько беден, что вынужден работать даже в школе, — не удержался Северус, припомнив одну из многочисленных придирок Мародёров. — Возможно… возможно, что вы правы в отношении меня и профессора Слагхорна. Мне не за что уважать его. Будучи моим деканом, он ничем мне не помог. Все свои знания и умения, что я приобрёл, — ничем из них я не обязан ему. Слизеринцы уважают сделки, но это должны быть взаимовыгодные сделки, а не союз с… с… безразличным трутнем.
Магистр внезапно расхохотался, так что Северус, тяжело дышавший после сорвавшейся с языка тирады, почувствовал себя полным идиотом. Он всё испортил? Выставил себя дураком или заносчивым гордецом? Почему магистр смеялся над его словами? Непонимание, раздражение, горечь — всё это, сплетаясь в причудливый ком, разрасталось в его душе, коля до крови многочисленными шипами. Северус понял, что упускал свою неожиданную удачу, а как всё исправить — не знал.
— Какая ёмкая характеристика, сеньор Снейп. Не скажу, что такая уж и неправильная. Я давно не имел дел с Горацием, не люблю таких людей. Вас следовало бы наказать за неуважение к старшему, к мастеру, но я, пожалуй, закрою на это глаза на первый раз. Хорошо, со Слагхорном мы разобрались. А вот чем вы не угодили нынешней власти? Даже не так. Чем нынешняя власть не угодила вам?
— Простите? — переспросил Северус, не успевший обрадоваться, что несдержанность не вышла ему боком.
Магистр будто из ниоткуда вытащил волшебную палочку, пара взмахов ею — и в воздухе завис один из июльских номеров «Ежедневного пророка». Мордред! Северус едва не попятился. Летом он не тратил деньги на газеты, но пару раз просматривал подшивки «Пророка» в публичной библиотеке и потому знал, что именно привлекло внимание Борджиа-Медичи. Среди заметок об очередном концерте Селестины Уорлок, информации о предстоящих досрочных выборах Министра магии, процессе над Поттером и его компанией красовалось объявление о розыске. Точнее, о поиске без вести пропавшего Северуса Снейпа. Северус помнил, как в первый раз увидел свою колдографию на странице «Пророка» — это было спустя две недели после выхода номера в свет, кажется. Сначала он впал в ступор, затем разозлился, а потом испугался, что кто-нибудь заметит снимок, узнает его и напишет в редакцию газеты. За объявлением стояли Малфои, это очевидно, а они нашли бы Северуса быстро, очень быстро, с их-то возможностями. Прошло несколько дней, прежде чем он расслабился и понял: по колдофото в газете трудно узнать нынешнего Северуса Снейпа, ведь там был изображён неряшливый худосочный заморыш. В который раз уже за этот разговор Северус подумал, что слишком рано расслабился. В Академии знали, знали и молчали. Понятно, почему не лезли: у каждого секретов хватает, — и спасибо, что не выдали. Только Северус в глазах магистра представал… он понять не мог кем. Неблагодарным засранцем уже был, а теперь?.. Беглецом? Преступником?