Оборотень стал последней каплей. Идти в Визжащую хижину, чтобы проверять свою догадку, Северус, само собой, не собирался. Он ведь не идиот и, тем более, не гриффиндорец. Однако если в Хогвартс, наплевав на безопасность учеников, притащили оборотня, то о чём, о какой учёбе или жизни в школе вообще могла идти речь?
Северус пересёкся взглядом с Блэком. Тот, блестя безумными глазами, предвкушающе улыбнулся и чиркнул пальцем по горлу, одними губами прошептав «Трус». Северуса передёрнуло. То, что гриффиндорцы именовали трусостью, на самом деле было инстинктом самосохранения, и не его вина, что представители львиного факультета им категорически не пользовались. И всё-таки что делать с оборотнем? Как-то же можно использовать это знание? А стоит ли вообще? Уже завтра травля Северуса перейдёт на новый уровень, потому что у придурочных Поттера с Блэком появится дополнительный повод задевать его. Кто знает, вдруг кретины решат, что Северус попытается угрожать их дружку? Хотя какое там «вдруг», именно так они и подумают. Люпин же перепугался до одури, весь завтрак головы не поднимал, словно и не было его в Большом зале. Не того Блэк назвал трусом, совсем не того. Но для этого дебила гриффиндорец по умолчанию не мог быть крысой, предателем и подлецом, что странно: как раз эти качества «удачно» сочетала в себе их компания.
После завтрака, так и не определившись с планами на день (мысли об оборотне отбили всё желание сидеть в лаборатории) Северус вслед за остальными слизеринцами поплёлся обратно в гостиную.
— Сев! Северус! Ну, подожди же!
Он остановился с мученическим вздохом. Лили — это серьёзно. А судя по её недовольному голосу, ожидалась знатная головомойка. Интересно, сейчас-то по какому поводу? Не могли же Мародеры посвятить её в тайну своего шерстяного приятеля, точно нет. Лили до ужаса хотела казаться правильной девочкой, донести преподавателям она бы не донесла (не в духе факультета это), а вот капать приятелям на мозги, чтобы Люпин сам пошёл и сознался, — вполне могла. Это даже такой кретин, как Поттер, должен понять.
— Почему я должна бегать за тобой? — сердито поговорила она, сдувая со лба прилипшую чёлку.
— Ну, раз тебе что-то от меня нужно, логично, что ты должна меня искать, а не наоборот, — он пожал плечами. — Разве нет?
По лицу Лили начала расползаться некрасивая краснота.
— Ты помнишь, что мы идём сегодня в Хогсмид? Ты обещал.
— Точно? — покопавшись в памяти, Северус никак не мог припомнить подобного. А чего он удивлялся? Лили обладала поистине удивительной способностью выдавать свои мысли и желания за чужие решения. — По-моему, я говорил, что всю субботу буду занят в лаборатории.
— Не было такого. Мы собирались в Хогсмид, а потом позаниматься у Чёрного озера, пока отличная погода. Перенеси на другой день свои эксперименты, всё равно…
Она прикусила губу, не договорив, и покраснела ещё больше, так что Северус безошибочно угадал, чем должна была закончиться фраза.
— Всё равно они бесполезны, ты это хотела сказать?
— Вовсе нет! Не придумывай!
— Да я всего лишь озвучиваю твои мысли, чего стесняться?
— Так мы идём или нет? — Лили рассерженно топнула ногой, и Северус вздохнул.
— Мы? Когда это мы ходили вместе, Лили? По-моему, ты всегда радостно уносилась вперёд, общаясь со всеми, кроме меня.
— Северус Снейп, — подруга холодно взглянула на него и отчеканила: — Какая докси тебя укусила?
— Не знаю. Может быть, та, от которой я поумнел?
Лили лишилась дара речи, только смотрела на него злыми глазами. Наверное, да, Северус перегибал палку, но после обнаружения оборотня в гриффиндорской шкуре и, выходит, полного пренебрежения Хогвартсом и студентами как минимум со стороны МакКошки (ну, не могла она не знать, не могла!) на душе сделалось так тошно, что захотелось, не дожидаясь экзаменов, схватить вещи и бежать куда подальше. А тут ещё и Лили в неурочный час подлила масла в огонь своей непрошибаемой уверенностью, что всё должно происходить так, как она сказала, и точка.