Конверты с любительскими фотографиями и негативами. Рамка из палочек для мороженого с фотографией совсем юного Фрэнка, уже тогда одетого в какой-то безумный костюм и с серьезным лицом солдата Гражданской войны перед отправкой на фронт. Большой, тяжелый альбом, который показывал мне Фрэнк. Я села на табурет и стала листать страницы. Теперь, когда я знала историю семьи, персонажи выглядели совсем по-другому. Особенно Джулиан. С длинными светлыми волосами, образующими золотой нимб вокруг головы, он ужасно напоминал молодого Ксандера, мастера золотые руки, которого я не знала, когда смотрела фотографии впервые. Неудивительно, что Мими стояла за стеклом и смотрела на строителей. Когда Ксандер постучал в окно, она явно подумала, что увидела привидение.
Я вернула альбом на полку, где он лежал вместе с газетными вырезками в прозрачных папках, стопками писчей бумаги, перевязанными бечевкой, и толстыми коричневыми конвертами. Провела кончиком пальца по этикеткам на папках и замерла, прочтя на одной слово «доноры».
Полагаясь на скупые строчки анкеты и короткое сочинение, непросто выбрать даже человека, с кем хотелось бы провести вечер. Что уж говорить о мужчине, который станет отцом твоего ребенка.
В папке лежало четыре пакета. Три – с анкетами мужчин, показавшихся мне абсолютно одинаковыми. Все трое выше среднего роста, один «сногсшибательно красив», второй – «типаж Джеймса Бонда», третий – «приятен в общении, обаятелен, с внешностью кинозвезды». Все трое хвастались высоким коэффициентом интеллекта. Один был студентом, второй выпускником, а третий получал последипломное образование. В сочинениях говорилось что-то вроде «люблю животных, занимаюсь спортом и люблю создавать что-то своими руками», «я хотел бы путешествовать по Европе и в другие страны, потому что там можно увидеть историю и культуру других народов», «с каждым новым днем я радуюсь осознанию, что делаю мир лучше».
А вот четвертый… Меня поразил его ответ на вопрос, почему он решил стать донором спермы.
«Прежде всего хочу сказать, что делаю это не ради денег. Я аэрокосмический инженер – то, что обыватели называют ученый-ракетчик…»
У меня задрожали руки.
«…Я сделал отличную карьеру в престижной лаборатории, которая занимается исследованиями Марса и не только. Я много работаю, а когда возвращаюсь домой, сажусь в уютное кресло и пересматриваю любимые фильмы. Я не считаю себя одиноким. Мне нравится обедать с коллегами и обмениваться с ними интересными фактами, которые мы находим в научных журналах. Признаюсь, я не любитель незнакомой деликатесной еды и не приемлю изменений в своем ежедневном расписании. В колледже я встречался с девушкой, а сейчас в моем окружении практически нет женщин. В следующем году мне исполнится сорок лет. Насколько мне известно, это критический возраст для доноров спермы. Узнав об этом недавно от знакомого, я задумался, встречу ли женщину, с которой хотел бы создать семью, пока моя сперма еще в самой благоприятной форме. Более того, меня воспитала мать-одиночка, и я вырос без мужской…»
Я перевернула страницу.
«…ролевой модели, и хотя думаю, что мне это не помешало, я не уверен, что смогу стать образцовым отцом во всех смыслах этого слова. Я безнадежен в спорте и других «мужских» занятиях, нетерпелив и быстро выхожу из себя. Ребенок внесет в мою организованную жизнь суету и беспорядок, и я не уверен, что смогу с этим справиться. Моя мать всегда мечтала о внуках, и ради нее мне хотелось бы стать отцом, даже если я никогда не увижу своего ребенка. Моей матери уже нет в живых, так что она тоже никогда его не узнает. И все-таки я хотел бы сделать это ради нее. Она была самой лучшей. Я скучаю по ней каждый день».